Опыт и его осмысление

Опыт и его осмысление

Что означает Беларусь для Европы

Unsplash / Jana Shnipelson
04.10.2021 Александр Морозов

У беларусского кризиса много последствий. Одно из заметных: взрыв рефлексии в разных культурных формах. Беларусы пережили острый социальный опыт. И сейчас, — а это очень заметно в Европе, — беларусские художники, литераторы, философы, экономисты на многих площадках представляют свой опыт осмысления событий. Никогда ранее «беларусский опыт» не был так активно включен в собственные дискуссии Европы о демократии, о европейском будущем, как сегодня. Профессор Елена Гапова ведет блог «Анализируй Беларусь», где собирает ссылки на лучшие работы гуманитариев, опубликованные в мировых научных журналах, а, например, берлинский блог немецкого союза экспертов по Восточной Европе собирает весь поток комментариев в немецких медиа, касающихся Беларуси. И хорошо видно, насколько подробно и глубоко комментируется и обсуждает беларусский опыт. Сейчас практически на каждом фестивале в Европе есть — пусть и небольшая — но часть программы, посвященная Беларуси.

Три фактора сыграли свою роль

Первый: несколько волн отъезда образованного класса из страны в течение года, градус репрессий Лукашенко не снижал. Это привело к тому, что за пределами страны оказалась обширная гуманитарная среда.

Второй фактор — штаб Тихановской. Он оказался не просто политическим штабом в изгнании, но своего рода, как сегодня говорят, «платформой», «хабом», который зонтично объединяет очень много инициатив. Вот лишь немногое из того, что обратило мое внимание в сентябре: презентация книги Ольги Шпараги в Германии (а она советник Тихановской), подготовка открытия офиса Тихановской в Праге (а здесь в течение года прошло несколько выставок, показов документальных фильмов, посвященных борьбе беларусов), а в Вильнюсе состоялось заседание беларусских аналитических центров и они приняли решение о создании общего сайта-платформы для обсуждения тематики реформирования. И эта конференция тоже заявила о своем сотрудничестве со штабом Тихановской.

Третий фактор: беларусский опыт сопротивления диктатуре попал в контур идущих после брекзита собственных европейских дискуссий о Евросоюзе и об итогах постсоветского транзита в Восточной Европе. После «брекзита» и Трампа, как известно, внутриевропейская дискуссия о будущем приняла новый характер. Центральные структуры Евросоюза продолжают выступать со стратегическими посланиями, но при этом значительно усилились дебаты в «малых странах» Европы о развитии собственных обществ. Это ведет к тому, что дискурс «транзита» в отношении постсоветских стран окончательно уходит со сцены. И это заставляет европейскую гуманитарную среду новыми глазами — более глубоко и без постсоветских привычных схем — смотреть на происходящее в Беларуси. Хотя у нас, в странах бывшего СССР об социальных изменениях продолжают думать в понятиях «взятия Бастилии», и оценивать все по меркам «успешности госпереворота», но в Европе гораздо больше внимания уделяют дискурсивным изменениям, консенсусным изменениям в обществах. И сейчас — когда потоки образованных беларусов выхлестнулись в Европу в результате репрессий, — для европейских обществ обнаружилось, что в Беларуси, действительно, произошли сильные дискурсивные перемены за последние годы.

Миф о «колхозной Беларуси», которому полностью соответствует стиль правления Лукашенко и его политическая модель, — рассыпался.

Лукашенко обещает конституционный референдум к февралю 2022 года. Он публично показал, что «работа проведена». Подконтрольные ему медиа и «общественники» в Минске демонстрируют включенность в этот процесс. Однако хорошо видна неуверенность в результате и у самого Лукашенко и у публичных спикеров. В последнее время уже и Кремль не проявляет никакого интереса к этой реформе, хотя на ранней стадии кризиса в Москве видел в ней какой-то инструмент стабилизации в Беларуси.

Реформа висит в воздухе, ее невозможно обосновать как элемент «демократизации». Анализ того, как это пытаются сделать официальные спикеры Минска показывает: есть неустранимый разрыв между состоянием общества и этой реформой. Этот разрыв не удается сократить, микшировать за счет убедительных дискурсивных ходов. В то же время описание собственного общества, в которое вовлечены сейчас сотни беларусских интеллектуалов, выехавших из страны, очень плодотворно. Это описание встраивает Беларусь в обычный мир небольших обществ Европы.

В современном мире побеждают не взятия Бастилий или танковые колонны, как это наглядно показали арабские революции или американцы в Афганистане, а «языки описания общества», имеющие долгосрочный, адекватный и простой аппарат.

Хотя Лукашенко, как лягушка в молоке, неутомимо колотит своими риторическими лопастями, но сметаны не получается.

А вот у тех, кто сегодня собирается на ежегодные международные конференции Общества изучения Беларуси, у беларусских художников на большой выставке в киевском «Арсенале» или в черногорской Будве, у молодых режиссеров-документалистов, у беларусских экономистов, участвующих в круглых столах в европейских столицах — получается.

И надо подчеркнуть: это не формирование так называемой «Другой Беларуси». Здесь не возникает никакого дуализма. Поскольку известно, что та часть образованного класса Беларуси, которая остается в стране и продолжает лояльно ходить на свои рабочие места, думает о происходящем, стремится ответить себе на вопрос: «что же произошла с нами?», на том же языке описания, который сейчас свободно возможен только на зарубежных площадках. Восстание подавлено, но Беларусь продолжает выходить из постсоветского состояния за счет мышления, за счет культурного представительства и языка описания. Это очень важный процесс, в нем формируется новая субъектность беларусов, которая дальше и станет той тканью общества и государства, на основе которой возможно новое, уже не «постсоветское» существование Беларуси в мире.

The article is available in English Experience and its understanding

Последнее в категории «Колонки»