Паровоз «конституционной реформы» несется в пропасть

Паровоз «конституционной реформы» несется в пропасть

И почему очередной план Лукашенко обречен на провал

bobruisk.ru
20.10.2020 Александр Морозов

В воскресенье, 25 октября, Александр Лукашенко хочет завершить первый этап проведения конституционной реформы. К этому времени должен завершиться всенародный сбор предложений — поправок к конституции. Есть сведения, что горисполкомы крупных городов получили указание готовить большие группы — 5 — 15 тыс.человек для поездки в Минск на специально выделенном транспорте — на массовый митинг в поддержку Лукашенко и реформы. Но точная дата этой массовой акции не названа. Можно предполагать, что она планируется к открытию Всебеларусского собрания. А оно анонсировано на декабрь или январь.

Всебеларусское собрание как институциональная форма не записано в Конституции, оно собирается на основании ст.37 Конституции, но не записано в ней. В собрании участвует около 2500 человек, участники не избираются, а делегируются коллективами различных институций.

Отчасти его аналогом являются выступления Владимира Путина перед «федеральным собранием», на эти выступления тоже собирают не только депутатов двух палат парламента, но и представителей исполнительной власти, церкви, деятелей культуры, т. е. провластный истеблишмент.

Отчасти политическая система Беларуси напоминает Испанию при Франко или Заир при Мобуту. Партии не играют роли, вместо них представительство осуществляется через многочисленные общественно-государственные организации, которые де-факто составляют одну «партию» — партию правящего автократа. У Лукашенко система еще менее устойчива, поскольку его «персональное политическое движение» вообще не институционализовано. У Франко фаланга трансформировалась в единственную партию («Национальное движение»), Мобуту тоже в середине 70-х гг. сформировал одно движение с идеологией «мобутизма».

Всебеларусское собрание является внеконституционным органом, представляя собой нечто вроде съезда «партии» или «движения» Александра Лукашенко.

Последний подобный режим исчез с карты Европы в 1975 году.

Первое такое собрание Лукашенко провел в 1996 году. Все дальнейшие также были привязаны к укреплению личной власти Лукашенко за счет «народного волеизъявления» на Всебеларусском собрании. Этот формат был им использован для укрепления своих позиций перед перед президентскими выборами 19 декабря 2010 года, когда 6-7 декабря Лукашенко провел IV Всебеларусское собрание.

Нереалистичный план

Политическая форма режима Лукашенко является настолько архаичной, что Кремль «с чистым сердцем» рекомендует Лукашенко перейти к «электоральному авторитаризму» на манер российского, где четыре системных партии дают возможность много лет манипулировать голосами избирателей, обеспечивая устойчивость диктатуре.

Лукашенко, насколько можно судить, считает, что мажоритарная система полностью соответствует его личному политическому режиму. Он об этом прямо говорил в интервью группе российских журналистов в августе 2020 года.

Неразрешимое противоречие заключено в желании Лукашенко симулировать «национальный диалог» с участием оппозиции — для того, чтобы выйти из кризиса — и самой формой Всебеларусского собрания и способом кооптации на него делегатов. Оппозиция не может быть никак представлена в нем.

14 октября Александр Лукашенко посетил группу оппозиционных лидеров в тюрьме КГБ, демонстрируя желание вовлечь их в «национальный диалог». Однако он не смог после встречи ясно обозначить: а каким образом та значительная часть общества, которая протестует против результатов выборов, будет представлена в конституционном процессе. Выражение «нельзя написать Конституцию на улице» не содержит никакого позитивного дополнения.

Очевидно, что ситуация у Лукашенко напоминает те этапы развития африканских диктатур, когда оппозицию уже впускали в парламент. Но Лукашенко предлагает оппозиции «разойтись обратно» по своим производственным коллективам, по государственным организациям и оттуда высказывать предложения. Это план совершенно нереалистичный.

Старая схема не работает

Надо заметить, что неустранимый дефект этого плана хорошо виден не только европейским экспертам, но даже самым одиозным сторонникам полной интеграции Беларуси. Надо обратить внимание на появление на сайте EurAsia Daily таких текстов, как статья от 18 октября «Снимет ли реформа Конституции политическую напряженность в Белоруссии?», где прямо говорится: «последние действия властей и вовсе говорят о том, что она планирует провести конституционную реформу по схеме 1996 года, обведя вокруг пальца, как своих оппонентов, так и международное сообщество. Такой вариант вряд ли устроит оппозицию и зарубежных партнеров Минска, а значит напряженность в стране может никуда не уйти». Беларусские медиа правильно обратили внимание и на выступление Виталия Третьякова в программе «60 минут» 17 октября, где он громко заявил, что Лукашенко «теряет темп» и упускает ситуацию из-под контроля, отказываясь сделать реальный шаг в направлении диалога с оппозицией. Разумеется, Третьяков противопоставляет «прозападную» Светлану Тихановскую и «пророссийского» Виктора Бабарико, но в данном случае важно именно то, что он констатирует: план выхода из политического кризиса только за счет старой схемы: «казенные собрания в коллективах — Всебеларусское собрание — принятие Конституции на референдуме» — не работает.

К концу октября хорошо видно, что образовался консенсус среди политиков, экспертов, общественных деятелей, включая даже и ярых «антиоранжистов» о том, что при такой схеме и при таких действиях Лукашенко не выберется из политического кризиса и сохраниться у власти дальше весны 2021 года не сможет.

Беларусь после Лукашенко

Но дело не в том, чтобы с нетерпением и радостью ждать этой весны, а в том, что сейчас начать отвечать на вопрос, как институционально будет выглядеть переход власти, чтобы а) суверенитет Беларуси был сохранен, б) как мог бы выглядеть мягкий переходный вариант власти, который бы позволил всем участникам политического кризиса найти продолжение своей жизни, в) как можно сформировать технократических блок правительства, который обеспечит экономическую устойчивость на переходе, г) каким должно быть законодательство о выборах в парламент, который должен быть сформирован как можно быстрее, как закон должен регулировать пропорциональное и мажоритарное представительство и какие цензы и ограничения закон наложит на партии, д) каков общественный консенсус о дальнейшей политической биографии Лукашенко.

Сегодня невозможно сформировать и какой-либо внешнеполитический консорциум «ради будущего Беларуси», который включал бы Москву, Варшаву, Вильнюс, Брюссель и т. д. Все хорошо понимают, что пост-лукашенковское правительство Беларуси окажется под огромным давлением Москвы. И здесь тоже уже сейчас недостаточно просто констатировать это. Надо предлагать какой-то политический язык, какое-то описание стратегии, на которую смогло бы опереться пост-лукашенковское беларусское общество в своем политическом развитии.

***
Статья также доступна на Reform.by.

The article is available in English “Constitutional reform” in Belarus – a dead end for Lukashenko’s autocracy