Александр Морозов: всевластие Лукашенко заставляет сомневаться и Москву, и ЕС

Президентская кампания в Беларуси проходит по «силовому сценарию». Открытым противостоянием в белорусском обществе может воспользоваться Россия — как она сделала это в Украине в 2014 году. Остаётся ли Лукашенко в нынешних реалиях гарантом суверенитета Беларуси, возможен ли «белорусский Крым», какими могут быть «новые» отношения с Россией и кто способен их выстроить? На вопросы редактора Еврорадио Змитра Лукашука отвечает Александр Морозов, политолог и исследователь Академического центра изучения России имени Бориса Немцова при Карловом университете (Прага), эксперт iSANS.

 

Еврорадио: Лукашенко выбрал силовой вариант избирательной кампании. Он говорит о заговоре против Беларуси, двое его соперников — за решёткой. Насколько в таких условиях реален «белорусский Крым» — экспансия со стороны России?

Александр Морозов: Кремль пойдёт на какие-то действия только в условиях дестабилизации в самой Беларуси. Какая это должна быть дестабилизация — пока сказать сложно, однако если она начнётся, то нет сомнения, что Кремль будет действовать таким же образом, как во время Майдана в Украине. А тогда он действовал сложным образом. Публично Януковича толкали на использование силы, а потом была проведена рейдерская атака. И она была не совсем уже силовая, я подчеркну. Украинские структуры были в сложном состоянии в тот момент.

Можно представить себе подобную историю с Беларусью, но вряд ли это будет танковый бросок. Никто не будет «завоёвывать» Беларусь. Но гибридный проект с дестабилизацией возможен. Я думаю, что в близких к Кремлю кругах, которые предлагают различные проекты, такой проект с дестабилизацией написан, и вот почему я в этом так уверен.

В кремлёвских документах был проект по дестабилизации русинов в Прикарпатье. Или мы видели проект, где предлагалось дестабилизировать гагаузов в Молдавии. Ещё был проект, как дестабилизировать венгерское меньшинство. Эти проекты были отвергнуты. Но они были, и при определённом стечении обстоятельств они могли бы начать работать, и Кремль мог бы дать ресурсы: поддерживать спецслужбами, финансовыми инструментами и так далее. Исключать этот вариант невозможно, мы должны мыслить сценарно в данном случае. Учитывать все 3-4 возможных направлений развития.

Еврорадио: Идут споры, есть ли на белорусских выборах кандидат от Кремля или российских структур. Говорят о Викторе Бабарико как о человеке, которого чуть ли не Миллер назначил. 

Александр Морозов: Что касается конкретно Бабарико, то есть отчётливое впечатление, что в политическом смысле ни с каким Газпромом и Кремлём он не связан. Да, у любого человека с биографией на постсоветском пространстве есть какие-то контакты в Москве. Но это не значит, что эти контакты можно интерпретировать как стопроцентно токсичные и ведущие к поведению, которое надо интерпретировать конспирологически. Здесь этого нет. Мне кажется, что Бабарико пошёл на выборы совершенно из идеалистических соображений.

Вопрос в следующем: последует ли за преследованием Бабарико сильный белорусский протест. На мой взгляд, люди сегодня, и не только в Беларуси, не готовы рисковать. Стимул идти на конфликт с тяжёлыми биографическими последствиями меньше, чем он был 10 или 15 лет назад. Мощного протеста не будет.

Еврорадио: Но если протест будет, насколько реально, что Кремль решит этим воспользоваться?

Александр Морозов: В любом случае вокруг Кремля есть несколько влиятельных групп, которые будут предлагать воспользоваться ситуацией. И если посмотреть два больших доклада iSANS, там описаны структуры в Кремле и вокруг него, которые занимаются Беларусью. Структуры очень разветвлённые, имеют давнюю историю.

Такой человек, как депутат Госдумы Константин Затулин в течение долгого времени формулирует, как Кремль мыслит себе отношения с Беларусью в самой грубой форме. Подобные люди — Глазьев, Малофеев — они никуда не делись с политической площадки, они не находятся в оппозиции и не отторгнуты от Кремля. Они продолжают активно продвигать свои идеи. И в момент дестабилизации они будут пытаться продать Кремлю свои возможности по действию внутри Беларуси, как это было с Украиной в 2014 году. От этого они не откажутся, потому что присоединение Беларуси к России является их политической целью, которой они живут в течение 20 лет.

 

Всевластие Лукашенко делает будущее Беларуси неясным

Еврорадио: Недавно вышло интервью с Гиркиным, где не видят будущего России без Беларуси. Насколько серьёзно можно относиться к таким заявлениям? 

Александр Морозов: Важны не сами заявления Гиркина, он сейчас персонаж маргинальный для российской политики. Но то, что он озвучивает, это ведь не его только позиция, а позиция, распространённая на бытовом уровне. 15 лет Лужков на своём телеканале поддерживал концепцию «Севастополь — русский город». Но это предполагало не отторжение Севастополя, а культурную поддержку. И не могло вызвать возражения, ведь в разных странах существуют города, которые являются этнически другими или имеют ценность для другого государства. Обе стороны живут в добрососедстве, и нет проблем. Но если они возникают, то появляются основания для чудовищного внезапного налёта.

Это будет не Гиркин, но желающие найдутся. Посмотрите на состав Общественной палаты Союзного государства. Она не является государственным органом, это нечто вроде НКО, но посмотрите на её состав. Там куча ветеранов спецслужб, российских ура-патриотических деятелей культуры, просто имперских. Эти люди в случае агрессии будут мобилизовывать свои возможности: знакомства, связи в Беларуси. Конечно, это очень тревожно.

Еврорадио: Сегодня гарантией суверенитета являются Беловежские соглашения. Но неизвестно, чего ожидать после выборов 9 августа. Стоит ли опасаться за независимость, что давление с востока усилится?

Александр Морозов: Я считаю, что да. Потому что мы видим это не только по заявлениям в конкретный момент, но и в целом по документам, которые разрабатывает Кремль. Есть две идеи: единая валюта и полноценный объединённый парламент, в котором у Беларуси будет меньшая квота из-за меньшего населения. Их Кремль будет реализовывать не сейчас, так позже. Он будет их держать на переднем крае своей внешнеполитической концепции.

Противостоять этому, как я убеждён, может только белорусское общество, если оно построит полноценную парламентскую республику. Очевидно, что всевластие Лукашенко создаёт крайнюю неуверенность в восприятии будущего Беларуси и из Москвы, и из Центральной Европы. Все понимают, что развитие ситуации зависит только от его поведения и больше ни от чего. Когда мы смотрим на любой контакт Лукашенко в торгах с Москвой, каждый раз нет уверенности, чем всё это кончится. И это всё время подвешено, и это и есть роковая угроза суверенитету. Постоянная подвешенность большого общества в ожидании каждого решения. 

Выход здесь только один. Я не вижу, как иначе это можно укрепить, если не отойти от «Беловежского суверенитета». Да, можно отдать суверенитет Москве, это понятный сценарий, возможно, кто-то видит в этом бонусы. Но можно и двигаться в направлении парламентской демократии, которая мобилизует силы нации. А именно нация является основой суверенитета. Народ является основой суверенитета, а вовсе не президент.

Еврорадио: Многие считают, что после 2014 года нарушения прав человека в Беларуси отошли в европейской повестке на второй план. Если усилится давление, стоит ли нам рассчитывать на поддержку?

Александр Морозов: Из стран, не вошедших в ЕС и НАТО, ни у кого нет хорошего плеча. Мы знаем хорошо, что и Eвросоюз, и международные организации всегда поддерживают гражданское общество стран, у которых проблемы, только в том случае, если само гражданское общество действует с большой энергией. Имеет лидеров и ясно обозначает свою политическую идентичность, либеральную в первую очередь.

А на всех остальных они всегда смотрят с опаской и минимизируют участие. Во-первых, потому, что всегда есть подозрение что вместо «этого» придет «ещё худший». Второй момент: никто не хочет обвинений во вмешательстве во внутренние дела. Каждый раз каждый политический департамент в Европе дует на молоко: не дай бог оказаться в положении неудачного вмешательства во внутренние дела. И Кремль это хорошо понимает.

 

Гарант постсоветского суверенитета

Еврорадио: Может ли Лукашенко являться гарантом независимости Беларуси после Крыма?

Александр Морозов: Здесь проблема общего порядка для стран с долгим сроком личного авторитарного правления. Суверенитет оказывается связан с одной фигурой, и с этой проблемой в условиях нынешних Лукашенко как бы выступает таким гарантом. Но с другой стороны, поскольку он сам поставил предел развитию страны, то эта ситуация представляет собой угрозу.

Поэтому я бы сказал, что чем дальше сохраняется статус кво, тем Лукашенко оказывается меньшим гарантом суверенитета. Он остаётся гарантом постсоветского суверенитета, а не гарантом того суверенитета, который должен быть связан с дальнейшей историей Беларуси как страны. Смысл в том, что суверенитет вырастает и прорастает вместе с политическими процессами и развитием демократических институтов и общественных.

Еврорадио: Суверенитет оказался стянут к политике лавирования лидером постсоветского образца. Снимет ли новый человек угрозу для суверенитета?

Александр Морозов: На мой взгляд — да. Несмотря на то что новый человек окажется в сложном положении, экономическая ситуация и состояние общества, которое долгое время находилось в ободке недемократического режима, история показывает, что, даже если новый глава будет промежуточной фигурой, такая фигура играет огромную роль. Мы можем это видеть на примере франкизма, когда первый после диктатуры глава государства потом приводит к действительно демократическим выборам и демократии. В любом случае такой переход будет благотворен и, как мне кажется, возможен.

Когда смотришь на Беларусь не из Москвы, а из Центральной Европы, то очень хорошо видно, что белорусы абсолютно готовы к тому, чтобы быть в Евросоюзе. По темпераменту, по спокойствию и готовности коммуницировать. В этом смысле Беларусь мало чем отличается от Болгарии, которая давно в ЕС. Внутреннее устройство белорусского общества очень напоминает мне устройство чешского, в котором я сейчас живу. 10 миллионов страна, в силу компактности она обладает иным типом общественных внутренних связей, чем большие страны. Поэтому мне кажется, что у Беларуси хорошие шансы в целом, здесь нет фундаментального препятствия, как у других народов, несмотря на нынешнюю сложную ситуацию.

 

Новые отношения с Москвой могут выстроить только новые люди

Еврорадио: Как в Кремле формируется отношение к Беларуси? 

Александр Морозов: Политика Кремля не настолько системна, как это представляется снаружи. Вернее так: военная политика — она системна. Гражданская политика — проектная, в отличие от военной, просто она идёт в определённом русле. Это проекты, которые заносят люди в Кремль, и они либо получают, либо не получают одобрение. И это касается и такой темы, как Беларусь.

Некоторое время специальных проектов в отношении Беларуси не было. До определённого времени формат Союзного государства воспринимался как двусторонний договор о добрососедстве, и условно до 2018 года не было отдельной идеи о принуждении к интеграции и сложно устроенном конфликте. Однако с обострением ситуации — ультиматум Медведева, отставка Бабича — экспертные центры заговорили даже о возможном силовом и военном развитии ситуации.

Еврорадио: Если силовой сценарий проведения выборов будет развиваться так же, по усилению, насколько можно ожидать реакции Запада? Не подтолкнёт ли это официальный Минск в объятия Кремля?

Александр Морозов: Да, подтолкнёт. Многие пишут и говорят, что да — силовой сценарий ведёт к новым санкциям в отношении Минска со стороны ЕС. Лукашенко снова оказывается в капкане с Москвой. Здесь не будет нового сценария, как было после произошедшего в 2010 году. Сейчас Лукашенко не на что рассчитывать, он зашёл слишком далеко в своём персональном правлении. Все хотели, чтобы он, может быть, развернулся лицом к Европе, но он этого сделать уже не может. У него очень плохой послужной список, и даже концептуально непонятно, каким образом ему отвязаться от Москвы. Пока он не скажет себе: «Я не боюсь оставить власть. Я хочу передать её мирным путем» — как это сделал Назарбаев, не угрожая собственно стране, — до этого не будет возможности новой принципиальной конструкции, внешнеполитической и внутриполитической. 

Новые отношения с Москвой могут выстроить только новые люди. Белорусское общество внутренне уже очень ждёт, но не предполагает, что придёт радикальный сторонник Европы, который разорвёт отношения с Россией. И не ждёт, что придёт ярый сторонник Кремля. Новое место Беларуси по окончанию постсоветского транзита предстоит найти. Многие страны вокруг заняты переопределением своего места. Это делают Грузия, Украина, Армения. Это трудный путь, но альтернативы нет.

А то, что происходит сейчас — допросы и задержания, — свидетельствует, что никакой новой идеи от Лукашенко мы не услышим.

 

Статья также доступна на euroradio.fm.