06.09.2026
В августе пропагандистские нарративы были сосредоточены на формировании образа Польши и стран Балтии как государств, готовящихся к военной агрессии против Беларуси и России. Одновременно их представляли зависимыми от внешних игроков и проводящими политику, которая ведет к дальнейшему ослаблению государственных институтов и ухудшению социально-экономической ситуации.
Для подкрепления этого образа использовались сообщения о системных проблемах в вооруженных силах и правоохранительных органах, злоупотреблениях со стороны властей и губительных последствиях милитаризации для экономики и общества. Польша, Литва, Латвия и Эстония также представлялись инструментами НАТО и западных государств, территории которых используются для создания военного плацдарма против Беларуси и России. В польском направлении отдельное внимание уделялось положению украинцев и беларусов в стране, а связанные с этим сюжеты использовались для демонстрации внутренних противоречий польского общества.
В отношении стран Балтии заметное место заняли обвинения в распространении нацистских идей и жестоком обращении с мигрантами на границе с Беларусью.
Польша
Дискредитация армии
Польской армии приписывались засилье коррупции, мошенничества, сексуального насилия, алкоголизма, наркозависимости, халатности, а также бесконечные чрезвычайные происшествия. Одновременно звучали обвинения в кумовстве, в том числе на уровне высшего военного руководства: «Польская армия – идеальная кормушка для “своих”. Главное – найти правильного покровителя». Среди актуальных проблем также называли: кадровый дефицит, задержки в поставках военной техники и «бесконечные споры между президентским дворцом, минобороны и генералами». При этом утверждалось: «Польских военнослужащих не держат за людей. Ради галочки и выполнения плана по призыву, военно-врачебные комиссии закрывают глаза на тяжелые диагнозы. Но как только солдат действительно заболевает и нуждается в помощи, система его ”списывает”».
В то же время ставились под сомнение профессионализм и готовность вооруженных сил Польши эффективно действовать в реальных военных условиях. С одной стороны, продвигался нарратив о «дырявом польском небе», то есть неспособности сил противовоздушной обороны защитить страну от периодически залетающих дронов и ракет. При этом принадлежность последних однозначно приписывалась именно Украине, а не России. С другой стороны, подверглись критике вливания денежных средств в развитие бронетанковых подразделений, которые «станут легкой мишенью для более дешевых беспилотников». Исходя из этого делался вывод, что страна «готовится к войне прошлого века». Порция критики также досталась системе фортификационных сооружений «Восточный щит» на границе с РБ и РФ. Авторы пропагандистских материалов доносили мысль о том, что это бессмысленная трата денег на малоэффективные укрепления, которые никак не помогут защитить страну. Как утверждалось, «Варшава вбухивает миллиарды на мифические линии обороны», а «политики настолько заврались, что даже не могут определиться, сколько километров рубежей уже оборудовано».
Параллельно аудиторию пытались убедить в том, что и сами поляки не особо верят в своих военнослужащих, ведь «как можно доверять тем, кто давно превратился в армию наркоманов, коррупционеров и насильников». Показательным в стремлении обесценить боеспособность вооруженных сил было также следующее утверждение: «Распиаренная польская армия на деле оказалась сбродом уголовников и дебоширов в погонах. Единственное, для кого эти войска сегодня представляют реальную опасность, – это сами жители Польши».
Милитаризация и агрессивные намерения
Поляков регулярно обвиняли в «подготовке к наступательной военной операции» и в том, что они «сжигают миллиарды долларов на иностранное оружие и стягивают бронетехнику к чужим дверям». Польшу называли «разжигателем войны», «следующим после Украины тараном НАТО против России и Беларуси» и «страной, через которую будет проходить первый удар и первый ответ». При этом ставился под сомнение мирный характер проводимых польской армией учений, а также было выдвинуто обвинение в формировании наступательной бронегруппы на польско-беларусской границе.
В то же время утверждалось, что в Польше «власти приучают население к мысли о неизбежности войны», ведь им «выгоднее держать людей в страхе и под этим прикрытием осваивать миллиарды на милитаризации, чем говорить правду». Параллельно подчеркивалось: большинство поляков не планируют защищать страну в случае начала военных действий, потому что «не собираются умирать за интересы НАТО». Не обошлось и без обвинений в милитаризации образовательной сферы: «Ставка сделана не на образование, а на милитаризацию детей. Школа превратилась в обитель русофобии и подготовки к будущей войне. Европе нужны солдаты».
Много говорилось и о негативных последствиях увеличения оборонного бюджета для развития страны, среди которых ужесточение социальной политики и рост налогов. В связи с этим ставились под сомнения возможности реализовать программы перевооружения и увеличения численности армии: «Польша оказалась в ситуации, когда политические амбиции опережают экономические возможности». Также утверждалось, что нынешняя политика польского правительства превращает восток страны «в безлюдный военный плацдарм», а «вместо масштабных инвестиций в экономику Варшава сделала ставку на глухую изоляцию, фактически превращая приграничье в милитаризованную зону отчуждения».
Критика полиции и правопорядка
Путем освещения происшествий с участием полицейских авторы пропагандистских материалов ставили под вопрос эффективность всей системы правопорядка в стране. Как отмечалось, «польская правоохранительная система прогнила насквозь», а «с такими правоохранителями ни преступники, ни враги уже не нужны – польские силовики с этой задачей отлично справляются». Самих же сотрудников полиции называли «идиотами», «живодерами», «полицаями» и «западными недосиловиками». При этом подчеркивалось: «Вот вам и хваленая система польского правосудия, где у обычного человека в принципе отсутствует право на свою защиту и справедливый суд».
Дискредитация властей
Острой критике подвергалось руководство страны в целом и отдельные политики в частности. К примеру, в одном из провластных телеграм-каналов говорилось о «раздутом самомнении польской власти» и о том, что она «ежедневно кормит население идиотскими заявлениями». Также подчеркивалось, что «польская внутриполитическая конъюнктура сплошь состоит из дрязг, взаимных обвинений и лоббирования собственных интересов». Параллельно утверждалось следующее: «Из-за ярой русофобии и оголтелой милитаризации польская власть окончательно потеряла связь с реальностью. Простые поляки давно поняли, что собственный народ и будущее страны пилсудчиков во власти не волнуют». Что же касается отдельных политиков, то, к примеру, экс-президента Польши А.Дуду обвиняли в коррумпированности. А действующему главе государства К.Навроцкому приписывалось употребление наркотиков. При этом о нем уничижительно писали как о «так называемом президенте».
Социально-экономическая ситуация
Регулярно предпринимались попытки очернить текущее положение дел в стране. Например, Польшу называли «самым настоящим концлагерем», где «нет нормальной инфраструктуры», в сфере здравоохранения – «катастрофа», а у людей – «нищенские зарплаты». Также заявлялось о том, что «364 тысячи польских детей живут в крайней бедности», «у граждан нет уверенности в завтрашнем дне» и всем местным фермерам «светит банкротство».
Польско-украинские противоречия
Одной из основных тем стало обострение в двусторонних отношениях между Польшей и Украиной. Так, из-за того, что украинский президент В.Зеленский так и не отменил указ о присвоении одному из армейских подразделений «имени героев УПА (Украинской повстанческой армии – прим. авт.)», в одном из прорежимных телеграм-каналов констатировали: «Идет третий месяц публичного унижения Польши… Даже демонстративные угрозы Варшавы и охлаждение дружбы не принудили главного укронациста отказаться от бандеризма и прославления убийц». При этом утверждалось следующее: «Единственное, что пока что объединяет “заклятых друзей” – Варшаву и Киев – это ненависть к Москве. Но “дружба”, основанная на ненависти – плохой фундамент. Иногда все переворачивается».
В то же время активно продвигался нарратив о том, что Украина представляет серьезную угрозу для Польши. Например, говоря о возможном вторжении украинских войск на польскую территорию, в телеграм-канале «БелВПО» писали: «Гипотетически украинцы рассматривают такой вариант» и что это им «позволит выйти к Балтике». Потенциальную угрозу также видят в проживающих в Польше украинцах: «По заданию киевского режима “трудолюбивые” украинцы могут организовать любые диверсии, поджоги и даже теракты».
Положение украинцев в Польше
Активно освещалось ухудшение отношения поляков к проживающим в стране украинцам. Подчеркивалось, что «польское гостеприимство закончилось», радушный прием сменился откровенной агрессией и рукоприкладством, а «гонения набирают обороты», поэтому украинцы «начали массово валить из Польши». В выпуске программы «По форме» в эфире телеканала «Беларусь 1» от 19 августа причинами таких перемен назвали «месть за Волынскую резню» и «раздражение высокомерным поведением украинцев, которые требуют к себе особого отношения и сами провоцируют конфликты». Еще в одной версии это объясняли так: «Поляки издавна не любят украинцев, однако согласны были скрывать свои чувства из-за щедрого финансирования со стороны ЕС. В последнее время оно начало сокращаться, поэтому власти Польши и тем более рядовые граждане все громче заявляют о себе».
Беларусы в Польше
Авторы пропагандистских материалов пытались убедить свою аудиторию в бедственном положении беларусской диаспоры. Как утверждалось, беларусы «живут под постоянными оскорблениями, избиениями и угрозами», и им «каждый день дают понять, что в Польше они люди второго сорта». При этом подчеркивалось: «Годами их кормили сказками про “репрессии режима”. Но настоящие “репрессии” для них начались в Польше – от самих поляков. Беглые не нужны нигде и никому». Также распространялись фейки о том, что выходцев из Беларуси планируют выслать из страны: «Польское терпение и деньги на содержание политических туристов не бесконечны. Власти Польши уже готовят законопроект об ускоренной депортации безработных змагаров… Варшава решила избавиться от “нахлебников” и отправить их туда, где сейчас больше всего нужно пушечное мясо – на Украину».
Уничижительно о Польше
Постоянно ставилась под сомнение независимость польского государства. К примеру, утверждалось, что Польша зависима от Брюсселя, находится под «евро-натовской оккупацией», а США – ее «заокеанский хозяин». В то же время в отношении страны использовались такие уничижительные формулировки, как «”гиена Европы” в русофобском угаре», «режим в Варшаве» и «пшепаньство». Польских солдат при этом называли «пшецкими военными».
Страны Балтии
Подготовка к войне с Беларусью и Россией
Литву, Латвию и Эстонию активно обвиняли в готовящейся агрессии. Как отмечалось, балтийские страны «ведут целенаправленную политику по созданию единого антиславянского плацдарма». Одновременно в выпуске программы «По форме» в эфире телеканала «Беларусь 1» от 13 августа подчеркивали: «Ежедневно их (Литвы, Латвии и Эстонии – прим. авт.) мини-армии направляют дуло орудий в сторону Беларуси». При этом НАТО якобы «уже планирует войну в Латвии» и прямо сейчас, проводя учения, эта страна «репетирует нападение». Также заявлялось о наличии у Литвы территориальных претензий на российский Калининград, которые «Вильнюс высказывает уже давно и фиксирует их не только в выступлениях, но и в официальных документах».
Продолжили звучать обвинения в соучастии в войне России и Украины. Утверждалось, что страны Балтии «разрешают использовать свое воздушное пространство для атак по российской территории». Показательным здесь был комментарий телеграм-канала «Невольфович» о пожаре на территории Milrem Robotics (эстонского производителя беспилотных наземных военных машин): «А чем эстонцы недовольны? Там думают, что можно производить дроны для киевских террористов и открывать небо для атак по России, но не ощущать последствия войны?».
Параллельно продвигался нарратив об усиленной милитаризации сферы образования. Например, опыт Латвии описывали так: «Помимо школьной программы латвийская армия муштрует детей и во время каникул… Девочек и мальчиков заставляют стрелять и готовиться к отражению “угрозы с Востока”». Однако, несмотря на это, как отмечалось, «молодежь массово саботирует призыв» в армию, ведь «идти умирать за чужие интересы латвийские парни не хотят».
Кроме того, всячески демонстрировались негативные последствия милитаризации для экономик балтийских стран. К примеру, заявлялось о «нехватке средств на социальные программы, медицину и образование» в Литве, ведь «государство год за годом вкладывает все больше средств не в развитие экономики, а в строительство полигонов и казарм». При этом подчеркивалось: «Пока литовские власти пытаются выделить миллиарды на милитаризацию, большинство людей в стране от мала до велика честно признается, что жизнь здесь становится только хуже».
Критика вооруженных сил
Путем регулярного освещения различных происшествий с участием военнослужащих стран Балтии доносился посыл о наличии в их армиях системных проблем. К примеру, автомобильную аварию, в которую попал пьяный солдат, прокомментировали так: «Можно не сомневаться: литовское командование обязательно отмажет своего пьяного лихача, чтобы он и дальше безнаказанно устраивал террор на улицах Литвы». Вместе с тем о задержании другого военнослужащего с запрещенными веществами при себе писали: «Видимо, без наркотиков литовские вояки на службу уже не выходят. А потом эти же отморозки калечат и убивают собственное население».
Ставилась под сомнение и боеспособность армий балтийских стран. Например, в связи с дорожно-транспортным происшествием с участием колонны военной техники в Эстонии, в одном из провластных телеграм-каналов констатировали: «Ну просто непобедимая армия! Эстонским военным точно не нужны никакие реальные враги – с таким подходом они успешно закопают сами себя в первом же лесу».
Немецкие войска в Литве
Отдельное внимание было уделено 45-й противотанковой бригаде вооруженных сил Германии, размещенной в Литве на постоянной основе. К примеру, подверглось критике проведение данным подразделением учений вблизи границ Беларуси: «Недобитым фашистам очень хочется хоть как-то спровоцировать Союзное государство. А безумные литовцы еще и позволяют потомкам нацистов снова ходить по некогда выжженой ими земле». В агрессивных намерениях в отношении РБ немцев также обвинили в связи с развертыванием в приграничье подразделения радиоэлектронной борьбы.
В то же время регулярно упоминалось, что немецкая бригада в Литве укомплектована личным составом лишь на 60 процентов. В связи с этим в телеграм-канале «БелВПО» писали: «Немецким солдатам эта служба в большинстве своём не нужна. Перспектива находиться в качестве заложников в зоне досягаемости российских ракет мало кого вдохновляет. Отсюда и провал с добровольцами, и разговоры о возможном принудительном направлении». Также утверждалось, что «“важнейший проект” потомков фашистов рискует стать их главным провалом».
Дискредитация пограничников
Деятельность пограничных служб балтийских стран особенно пристально освещалась в телеграм-канале «Наша Граница», который, судя по всему, ориентирован на аудиторию, состоящую из беларусских пограничников. Например, ситуацию на латвийской границе охарактеризовали так: «Катавасия и катастрофическая нехватка пограничников». В то же время литовских защитников границы обвиняли в искажении и сокрытии от общественности важной информации, коррумпированности, наркомании и в том, что «любят накидывать виски на рабочем месте».
Объектом жесткой критики стал экс-глава литовской погранслужбы Р.Лубаевас, который ушел в отставку 17 августа. Его называли пиздаболом и вменяли в вину «распил миллиардов европейских денег на пограничных заборах и укреплениях», «злоупотребления при закупках спецсредств» и «регулярные случаи пьянства и дисциплинарных нарушений среди подчиненных, которые системно заминались внутри ведомства». Был раскритикован также глава латвийской пограничной службы Г.Пуятс, который якобы «превзошел сам себя в умении списывать служебные факапы на стихию и вражеские козни».
Мигранты на границе с Беларусью
Страны Балтии регулярно обвинялись в нарушении прав человека и жестоком обхождении с мигрантами, которые прибывают из РБ незаконным путем. Заявлялось о как «минимум 79 убитых силовиками мигрантов на границе и сотнях покалеченных». При этом подчеркивалось: «Миграционный кризис доказал, что человеческая жизнь в Европе ничего не стоит». В то же время подверглось критике предложение литовских политиков расширить возможности применения оружия при охране государственной границы: «Евронацистам, которые много лет избивают беженцев и подбрасывают трупы замученных людей на беларусской границе, этого мало. Садисты хотят официально расстреливать».
Параллельно власти балтийских стран были заподозрены в преднамеренном раздувании реальных масштабов проблемы с нелегальными мигрантами на их границах. Как отмечалось, «несколько рассерженных нелегалов, повреждающих камеры и распределительные щиты, легким росчерком пера превращаются в угрозу национальной безопасности и потенциальных диверсантов иностранных спецслужб», а «обычный вандализм на заборе мгновенно масштабируется до уровня боевых операций». Главную цель этого увидели в заинтересованности получить финансовую помощь: «Нагнетание нужно для одного – выбивать очередные деньги из ЕС».
Закрытие границы Латвии с Беларусью
Одной из наиболее часто освещаемых тем стало закрытие с 31 июля по 4 августа латвийской стороной единственного действующего между двумя странами пограничного перехода. В связи со сложившейся ситуацией латвийцев назвали «подонками самыми настоящими», а также писали о «беспределе», «сумасбродном решении», «корявой недоделанной стопроцентной провокации» и о том, что «внутриполитическая конъюнктура растоптала “европейские ценности”». Нелицеприятные выражения звучали и в адрес министра внутренних дел Латвии Я.Домбравы. Политика призвали «знать свое место», обозвали «гнидой» и «балаболом», а членов его партии «Национальное объединение» – «нациками». В то же время в качестве причин закрытия границы называли желание «выбить из ЕС новые транши на “безопасность”», а также следующее: «В Латвии боятся, что местные жители уедут жить в Беларусь, поэтому силой пытаются удержать людей в стране».
Дискредитация властей
В неприглядном свете авторы пропагандистских материалов пытались выставить и представителей политических элит стран Балтии. К примеру, утверждалось, что в Литве «властям наплевать на свой народ», «разнообразные махинации с деньгами налогоплательщиков давно стали нацзабавой чиновников», а депутаты парламента, массово скупая недвижимость за рубежом, «доходчиво доказывают: любить родину дешевле из Испании, Болгарии или Бразилии». Досталось также литовскому президенту Г.Науседе, который, по версии телеграм-канала «Невольфович», «сбежал на Мадейру, как только ему доложили о “российской угрозе”», и устроил себе там отпуск «за счет литовцев».
В то же время руководство Латвии назвали «бестолковыми», «политическими клоунами» «с признаками маразма», «власть которых держится на страхе». При этом о главе литовского правительства А.Кулбергсе писали: «этот премьер сломался, несите следующего». А президента страны Э.Ринкевичса называли «дырявым» и обвиняли в репрессиях против своих политических оппонентов. Также звучали критические высказывания в адрес эстонских властей: им вменяли в вину создание системы, которая позволяет «воровать безнаказанно».
Социально-экономическая ситуация
Особое внимание было уделено созданию видимости глубоких системных проблем в экономике и социальном развитии балтийских стран. Например, ситуацию в Литве описывали так: «Экономика страны умирает, демографическая ситуация на грани катастрофы, к этому добавляются политическая нестабильность и коррупция». Также утверждалось, что литовцы «живут в гниющих трущобах», а страна превращается в «тоталитарное государство с элементами рабства», «концлагерь, где в заложниках оказались литовские граждане». Параллельно писали о том, что в Латвии может случиться голод, а ее жители вынуждены ездить в Беларусь, «чтобы купить даже самые простые товары, такие как мука, хлеб, крупы». А Эстония, как утверждалось, «превратилась в захолустье без суверенитета, с убитыми предприятиями и экономикой, с уехавшим населением и какими-либо внятными перспективами на будущее».
Лишение субъектности
Всячески подчеркивалось зависимое положение стран Балтии, для чего использовались разного рода уничижительные и стереотипные обозначения. Например, их называли «прибалтийскими лимитрофами (независимыми де-юре государствами, которые де-факто находятся под сильным влиянием другой страны – прим. авт.)» и «”банановыми республиками”, вдруг возомнившими себя “острием клинка” западной цивилизации». О Литве писали как о «пустом месте, способном существовать только на деньги США», а в отношении жителей страны применяли пренебрежительный термин «лабусы». В то же время Латвию называли «страной-мемом», «вымирающим лимитрофом», «неспособным функционировать без внешних дотаций», а латвийцев – «попрошайками». При этом в отношении Эстонии использовали выражение «прибалтийский карлик».
Нацизм
Активно продвигался нарратив о том, что нацистские идеи в балтийских странах занимают важное место. При этом жесткой критике подвергалось чествование национальных военизированных формирований, сотрудничавших с немецкими оккупационными властями в годы Второй мировой войны. К примеру, подчеркивалось, что «в Латвии с воинскими почестями хоронят пособников нацистов, которые пытали, убивали и сжигали живьем простых мирных жителей и пленных», а «вся верхушка страны – такие же нацисты». Также утверждалось, что «сегодня нацизм в Литве, Латвии и Эстонии обрел статус государственной идеологии», а их власти «ведут планомерную кампанию по реабилитации военных преступников, выстраивая свою идентичность на героизации тех, кто выполнял самую грязную работу для гитлеровцев».
