Обзор пропаганды, адресованной силовым структурам РБ за май 2026  

iSANS    ×   
25 Июня 2026
Обзор пропаганды, адресованной силовым структурам РБ за май 2026 
Фото: Itar-Tass / Scanpix

Скачать .PDF (426,12 Kb)

Команда мониторинга iSANS выделила в отдельную тему нарративы пропаганды, которые адресуются беларусским военным и силовикам. Мы начинаем публиковать месячные обзоры на сайте в разделе «Пропаганда — мониторинг».

Вот что было замечено в мае:

Польша

В рассматриваемый период основными темами стали: дискредитация польской армии и полиции, военный контингент США, подготовка Польши к войне с РБ и РФ, критика внутриполитической ситуации. При этом затрагивались вопросы противоречий в польско-украинских отношениях, программы SAFE, ситуации на границе с Беларусью, а также зависимости страны от США и ЕС. Отдельно уделялось внимание залетам украинских дронов и сложностям польско-белорусских отношений.

Дискредитация армии

Регулярно делался акцент на том, что польские военнослужащие массово нарушают закон. К примеру, предъявление обвинений руководству военного госпиталя в Щецине в махинациях при проведении тендеров в телеграм-канале «На Западном Рубеже» прокомментировали[1] так: «Польские военные погрязли в криминале, и это уже стало системой. Искоренить преступные схемы почти невозможно, ведь в сводках все чаще фигурирует само силовое руководство Польши». Часто звучали также обвинения в употреблении наркотиков и наркоторговле. Так в публикации о задержании военнослужащего по подозрению в хранении запрещенных веществ прозвучал[2] следующий вывод: «Судя по сводкам, Войско Польское превратилось в один большой наркотический хаб».

В то же время целый выпуск программы «По форме» в эфире телеканала «Беларусь 1» от 29 мая был посвящен[3] перечислению недавних происшествий в армии Польши, а вывод сделан следующий: «Польское общество шокировано новостной повесткой своего военного ведомства. Местные издания пестрят заголовками о самоубийствах в казармах, дорожно-транспортных происшествиях по вине пьяных военных и домогательствах». Исходя из этого, продвигался нарратив о низкой боеспособности: «Страна тратит миллиарды на вооружение, но, похоже, разложение началось изнутри. И можем лишь предположить, что если вовремя не вычистить казармы от химии (наркотиков – прим. авт.), танки “Абрамс” окажутся просто красивыми мишенями».

Обесценивать потенциал польских бронетанковых войск продолжили[4] в программе «Диспозиция» на телеканале «Беларусь 1» от 20 мая: «Вспоминается, как радовались в Варшаве огромным закупкам танков, в том числе приспичило аж в Корее их приобретать. Теперь же в Польше предпочитают эту тему не педалировать. Сложно ведь пояснить, против кого и как в современной войне будут действовать эти машины, если экипажи не готовы к новой дроновой реальности». При этом им противопоставлялись подходы, используемые на учениях армией РБ:  «И с закрытых позиций по схеме гаубиц, как делают белорусские военные, еще они не практикуются стрелять».

Обвинения в подготовке к агрессии

Активно продвигался посыл об агрессивных намерениях поляков в отношении РБ и РФ. Например, в публикации о выводе на околоземную орбиту польских космических спутников в одном из провластных телеграм-каналов утверждалось[5]: «Варшава последовательно готовится к войне». В то же время доклад Института WEI о потенциальных экономических рисках для Польши в военных условиях прокомментировали[6] так: «Власти продолжают держать граждан в тонусе, подавая войну как неизбежность». Параллельно ставилась[7] под сомнения способность польского руководства сформировать многочисленную и при этом боеспособную армию: «Учитывая, что реальный мобилизационный ресурс страны составляет всего 10%, судя по всему, чтобы собрать 500-тысячное войско, возраст будут поднимать до тех пор, пока на полигоны не начнут отправлять прямиком из домов престарелых».

Не обошлось и без исторических аналогий. Так слова министра обороны Польши В. Косиняка-Камыша о необходимости в странах НАТО увеличить военные расходы до 5% ВВП охарактеризовали[8] следующим образом: «Потомки проигравших из Еврорейха (стран ЕС – прим. авт.) очень стремятся к очередной войне с Востоком, они грезят о реванше. Вот только пилсудчики (поляки – прим. авт.) забывают, что подобные авантюры, как правило, заканчиваются очередным разделом Польши». А о предстоящем соглашении о военном сотрудничестве между Польшей и Германией писали[9]: «Наследники нацистов снова собирают коалицию против России. И как всегда, главным расходным материалом в будущей войне должны стать страны восточного фланга ЕС».

Также упоминалось[10] о том, что поляков массово готовят к войне с малых лет: «Варшава уже без всякой маскировки выстраивает конвейер по раннему отбору кадров для армии и теробороны. Молодежь со школьной скамьи методично затачивают под будущую войну с Россией и Беларусью, превращая гражданское образование в инкубатор для резервистов». При этом, по словам авторов телеграм-канала «БелВПО», похожие процессы в РБ и РФ являются[11] ничем иным как ответом на действия поляков: «В Минске и Москве оценивают данные риски и объективно реагируют на них, делая ставку на развитие программ в рамках ВТС (военно-технического сотрудничества – прим. авт.) и на внедрения в процессы обучения школьников и студентов аналогичных инициатив».

Программа SAFE

Отдельное внимание было уделено критике участия поляков в данном масштабном проекте Евросоюза по инвестированию в местную оборонную промышленность. К примеру, утверждалось[12], что «Польша попала на очень большие деньги, “благодаря” тенденциям в мировой военной промышленности», а саму программу SAFE назвали «печально известной». Также в одном из прорежимых телеграм-каналов проект посчитали[13] проявлением зависимости от Германии, проиллюстрировав пост уничижительным изображением премьер-министра Д. Туска и при этом написав: «Лизать сапог, который тебя пинает – это так по-польски». Вновь не обошлось[14] без обвинений в подготовке к нападению: «Фактически ЕС через SAFE накачивает Польшу оружием, готовя её как ключевой плацдарм для агрессии против Беларуси и России».

Военный контингент США

Одной из самых частых тем стало присутствие американских военных в Польше. В первую очередь, речь шла о ситуации вокруг вероятного сокращения контингента. Подчеркивалось[15], что польские власти очень боятся подобного исхода: «Для Варшавы вопрос американского присутствия давно стал не только элементом безопасности, но и основой всей нынешней модели военного строительства. Именно поэтому любые сигналы о возможном пересмотре позиции США воспринимаются польскими элитами крайне болезненно».

В то же время информацию о возможном увеличении количества войск США в стране приняли[16] в штыки: «Усиление американского военного присутствия в Польше – особенно в формате постоянных бригад – неизбежно нарушает баланс сил в регионе и повышает уровень напряжённости у границ Беларуси». Не обошлось[17] и без угроз: «Поляки и прибалты забыли, что стягивание войск НАТО на восточном направлении – это провокация, которая автоматически дает право на зеркальный ответ». Этот же посыл развили[18] в публикации о прибытии из США первых трех истребителей F-35: «На фоне постоянного роста напряжённости в регионе появление F‑35 превращает Польшу в ещё более приоритетную цель в случае любого кризиса, поскольку эти самолеты – элемент стратегического наступательного потенциала НАТО».

Украинские дроны в Польше

Активно продвигался[19] нарратив о том, что Польша предоставляет свое воздушное пространство для дронов ВСУ, впоследствии направляющихся на территорию России. Страну позиционировали[20] как «проходной двор» и обвиняли[21] в соучастии в атаках на российскую инфраструктуру. При этом утверждалось, что «Киев подставляет своих “побратимов” под удар».

Критика внутриполитической ситуации

Регулярно предпринимались попытки обесценить демократический уклад Польши. К примеру, одно из проявлений внутриполитической борьбы описывалось[22] так: «Политические дрязги и распри продолжают лихорадить польский истеблишмент». При этом утверждалось[23] о наличии «системного кризиса управления – отсутствия взаимодействия и доверия, что подрывает и внешнюю политику, и международную репутацию Польши».

Параллельно писали[24] о «растущем недовольстве экономической ситуацией, усталости от реформ и ощущении части общества, что решения принимаются “сверху” без учета интересов рабочих, фермеров и регионов». Отдельное внимание было уделено[25] проблемам с медобслуживанием населения: «На фоне милитаризации и перекачки денег в оборонку Туск и его «команда» довели здравоохранение до коллапса».

Критика полиции

Немалую порцию негатива получили и польские полицейские. Например, случай в Зеленой Гуре, когда сотрудник полиции оставил служебный пистолет в туалете на заправке, в телеграм-канале «На Западном Рубеже» прокомментировали[26] так: «Этот очередной случай безалаберности и халатности польских полицейских, которым, даже водяной пистолет доверять нельзя, не говоря уже о боевом оружии». А в новости о том, как сотрудница полиции в Лодзи была арестована в рамках расследования дела об организованной преступной группировке, писали[27] о «криминальной репутации польской полиции» и что «с такой тенденцией среди польских силовиков честных сотрудников будет днём с огнём не сыскать».

Отсутствие субъектности у Польши

Всячески подчеркивался зависимый статус страны от США и руководства ЕС. Среди используемых фраз в данном контексте можно выделить: 1) «Польша – покорный вассал[28] США»; 2) «заокеанские[29]» либо «американские[30] хозяева режима в Варшаве»; 3) «Варшава продолжает все глубже насаживаться на кукан зависимости от заокеанского сюзерена[31]»; 4) «еврофил Туск (премьер-министр Польши – прим. авт.), который безотказно[32] реализует в стране установки из Брюсселя.

Польско-украинские противоречия

Подсвечивались исторические разногласия в отношениях двух стран, в особенности тематика Волынской резни. С одной[33] стороны, говорилось об «оскорблениях и провокациях киевских властей в адрес Польши», а с другой[34] о том, что «украинцы в Польше ходят с красно-черными флагами (символика УПА – прим. авт.), что действует на поляков с их болезненным чувством “исторической справедливости” как основной мотиватор выгнать всех “побратимов” обратно в незалежную (Украину – прим. авт.)». Также звучали[35] утверждения о наличии территориальных претензий: «Варшава не отказывается от претензий на земли Западной Украины».

Нормализация отношений с Беларусью

Звучала тема необходимости наладить польско-беларусские отношения. При этом виновником неспешности данного процесса была назначена[36] Польша: «Минск регулярно предлагает возобновить прямой диалог по безопасности, но Варшава продолжает заявлять, что “оснований для политического общения нет”». В то же время подчеркивалось, насколько много потеряло[37] польское приграничье от ухудшения отношений с Беларусью, и как[38] оно «оживает после открытия пунктов пропуска на границе».

Ситуация на польско-беларусской границе

Продолжала фигурировать тема миграционного кризиса. К примеру, в связи с оправдательным приговором польскому солдату, применившему оружие на границе, написали[39]: «Варшава де-факто узаконила “миграционные чистки”, дав своим воякам зеленый свет на безнаказанные расстрелы». Параллельно утверждалось[40] следующее: «Только официально известно как минимум о 116 погибших мигрантах на польско-белорусской границе. А сколько людей навсегда остались в лесах Подляшья – известно, пожалуй, только Богу».

Также говорилось[41] об ущербе местной фауне со стороны поляков из-за повышенных мер по охране границы: «186-километровый забор продолжает наносить непоправимый урон дикой природе. Колючая проволока калечит животных и перекрывает естественные миграционные пути для лосей, оленей, волков. Цена таких «барьеров» – всё новые жертвы дикой природы. Варвары!»

Страны Балтии

Главные темы месяца о Литве, Латвии и Эстонии были связаны с залетами украинских БПЛА, дискредитацией силовых структур, милитаризацией, критикой властей и внутриполитической ситуации. Также уделялось внимание ситуации с контрабандой из Беларуси, вопросам субъектности и уничижающим нарративам в отношении балтийских стран, празднованию 9 мая.

Украинские БПЛА

Самой частой темой мая стали залеты на территорию Литвы, Латвии и Эстонии украинских дронов. На фоне данных инцидентов утверждалось[42], что «киевский режим совершает политическое изнасилование Прибалтики». При этом как неоспоримый факт подавалось[43] то, что страны разрешили украинцам использовать свое воздушное пространство. Вина за такое решение возлагалась[44] в том числе на обычных граждан: «Во многом ответственность за происходящее лежит и на тех жителях ЕС, которые выбирали свои власти».

На фоне ситуации не единожды звучали[45] обвинения в соучастии балтийских стран в войне против России. В этом ключе интересны рассуждения[46] в телеграм-канале «Невольфович»: «Если такой коридор (для пролета дронов ВСУ – прим. авт.) действительно существует, возникает вполне логичный вопрос: выходит, российские военные тоже могут им пользоваться? Интересно, как бы отреагировали Украина и страны Балтии, если бы по этому маршруту начали идти уже российские дроны в сторону украинских объектов. В эту игру можно играть вдвоем».

В то же время беларусская сторона в данной истории позиционировалась как миротворец. Ведь информированием[47] министерств обороны стран Балтии о летящих к ним со стороны РБ беспилотниках «Беларусь в очередной раз спасла страны НАТО от «дружественных» украинских дронов». При этом высказывалось[48] сожаление, что «агрессоры всё равно мы, а бандеровцы у руля Украины, пуляющие по европейцам – ангелы во плоти».

Подготовка к войне с РБ и РФ

Часто озвучивались[49] обвинения в эскалации обстановки со стороны стран Балтии и что «у белорусских границ уже в открытую отрабатывают сценарии агрессии против Беларуси и России».  Как утверждалось[50], «Прибалтика системно готовит население к военному сценарию, расширяя масштабы учений и вовлекая гражданские структуры».

Таким намерениям противопоставлялись[51] якобы миролюбивые устремления РБ и РФ: «Деэскалация обстановки у своих западных границ, к которой стремятся в Минске и Москве, империалистами не принимается во внимание. Запад устроит только стратегическое поражение Кремля». Поэтому эффективными в сложившейся в странах Балтии ситуации считают лишь жесткие ответные меры. Так в программе «Диспозиция» в эфире телеканала «Беларусь 1» от 26 мая был[52] следующий посыл: «Окна Овертона продолжают исправно открываться в сторону войны. Не дать им распахнуться настежь как раз и поможет прокачка атомных ресурсов Беларуси и России».

Параллельно четко звучал нарратив о недостаточности у Литвы, Латвии и Эстонии ресурсов для взятой на себя роли «плацдарма НАТО». Выделялись[53] демографические проблемы, что может привести к необходимости призыва в армию на срочную службу женщин. Также слабый экономический потенциал, ведь уже сейчас[54] «сотни миллионов евро уходят на вооружение, в то время как люди продолжают затягивать пояса».

Дискредитация армии и полиции

Регулярно выставлялись в негативном свете силовые структуры балтийских стран. Например, случай в Клайпеде, когда военный за рулем личного авто сбил женщину на пешеходном переходе, прокомментировали[55] так: «Официально сообщается, что виновник ДТП был трезв. Однако, учитывая, как часто литовские силовики попадаются за рулем в состоянии алкогольного опьянения, то это не точно». А происшествии, в ходе которого человек с психическим заболеванием скончался в ходе задержания полицией Литвы, писали[56]: «Полицейский произвол в «демократических» государствах набирает обороты. То ли еще будет».

Контрабанда через границу с Беларусью

Отдельно освещалась тема залетов воздушных шаров с контрабандой с территории РБ. В попытках обелить беларусскую сторону вся вина однозначно возлагалась[57] на Литву и Латвию: «В итоге выяснилось, что весь этот прибыльный бизнес крышевали собственные силовики. И как теперь обвинять Минск? Литовских военных годами учили, что главное – это деньги. Просто у них нет доступа к европейским фондам, как у коррупционеров-чиновников, поэтому зарабатывают хотя бы на контрабанде». Было уделено[58] внимание и опыту латвийцев: «Упорное игнорирование многомиллионных потоков контрабанды, которые годами текут через латвийские кордоны под самым носом у пограничников, наводит на мысли, что Гунтис (начальник Государственной пограничной охраны – прим. авт.) не просто “не видит” нарушителей, а профессионально администрирует процесс, превратив государственную безопасность в частную франшизу с очень высоким входным билетом».

Критика органов власти

Постоянно предпринимались попытки очернить политиков балтийских стран. К примеру, в одном из провластных телеграм-каналов правительство Латвии назвали[59] «клоунами», от перестановки которых ничего не меняется, а также усомнились[60] в умственных способностях литовских властей. Звучало[61] и множество обвинений в коррумпированности: «Вот они все там такие: коррупционер на коррупционере и коррупционером погоняет. Кто громче всех кричит о “белорусской угрозе” и требует санкций, зачастую сам оказывается тем еще коррупционером, на котором клейма ставить негде».

Экономические и инфраструктурные проблемы

Ситуация в экономиках стран Балтии позиционировалась как фатальная. Например, утверждалось[62], что «литовский народ испытывает финансовые трудности, платит огромные жировки за электричество и не знает, как доехать до работы из-за проблем с общественным транспортом», а Латвия стоит «на краю пропасти[63]» и «готовится к голоду[64]».

Параллельно делался акцент на критику инфраструктуры. Особенно досталось[65] литовской железной дороге, которая якобы «находится в состоянии полного упадка и будет только деградировать», и это не что иное как «вердикт всей экономической политике Вильнюса, которая привела к разрушению одной из ключевых отраслей страны».

Внешняя зависимость

Систематически ставилась под сомнение реальная независимость Литвы, Латвии и Эстонии. Заявлялось , что они «давно перестали[66] быть самостоятельными акторами», а сейчас «фактически превращаются[67] в буфер, на территории которого предполагается разыгрывать сценарии эскалации». При этом сюзереном стран Балтии назначались то Вашингтон[68], то Брюссель[69].

Уничижающие нарративы

Регулярно встречались разного рода попытки принизить страны Балтии. Например, использовалось[70] сравнение Литвы с маленькой собакой, которая лезет в драку с Россией в виде огромного слона. Похожий образ примерили[71] и на Латвию, назвав ее «балтийской чихуахуа». Также в отношении балтийских стран употреблялись термины «лимитрофы»[72] (независимое де-юре государство, которое де-факто находится под сильным влиянием другой страны – прим. авт.) и «прибалтийские вымираты»[73].

Празднование 9 мая

Жесткой критике подверглись существующие в странах Балтии ограничения в отношении празднования Дня победы. К примеру, ситуацию в Латвии описывали[74] так: «Спецслужбы перешли на индивидуальный террор. Людей, постящих открытки в соцсетях, несущих цветы к могилам или просто поздравляющих друзей, вызывают на “допросы с пристрастием”. Пугают, грозят расправами». Также подчеркивалось, что «власти Литвы издеваются[75] над теми, кто пришел почтить память героев, погибших в сражениях с нацистами», а «официальный Таллин делает[76] все, чтобы стереть с этого дня его историческую память и подменить смыслы».

Скачать .PDF (426,12 Kb)

25.06.2026