Красные линии беларусской пропаганды: о чем могут и не могут говорить провластные беларусские паблики в Telegram и других социальных сетях 

Андрей Калих, аналитик iSANS    ×   
25 Июня 2026
Красные линии беларусской пропаганды: о чем могут и не могут говорить провластные беларусские паблики в Telegram и других социальных сетях
Фото: AFP/Getty Images/S. Gapon

Скачать .PDF (675,37 Kb)

ПРЕДИСЛОВИЕ

«Украинцы, вы доказали, что достойны государственности – подлинного, настоящего суверенитета. Не марионеточного, не сувенирного, а настоящего. А он возможен только рядом с Россией и Беларусью. Никто не возьмёт вас ни в какую Европу, никто не даст никаких денег».

Григорий Азаренок, беларусский пропагандист (2026)

«Красная линия» – метафорическая граница в политике и дипломатии, установленная с целью предотвратить события или явления, которые считаются неприемлемыми, как сказано в одной из политологических статей.[1] Обычно проведение красных линий сопровождается обещанием неминуемой кары в случае их пересечения (нарушения). По сути дела, красная линия – это угроза, ультиматум.

Однако есть ситуации, когда ультиматумы не нужны, и те, кого надо ограничить – ограничивают себя сами и сами себе проводят красные линии. Например, в авторитарных государствах, требующих от общества верности и согласия в обмен на обеспечение социального достатка и порядка. Если такое обязательство возлагают на себя СМИ, то речь идет о самоцензуре.

Красные линии беларусской пропаганды – как раз тот случай. Оставшиеся в стране после разгрома массовых протестов 2020 года медиа полностью зависят от государства. Их контент максимально деполитизирован, они могут развлекать аудиторию, прославлять достижения Беларуси и ее правителя Александра Лукашенко и ругать Запад. Любая критика запрещена.

Фото: lookby.media

В свою очередь, беларусский режим зависит от России и вынужден не только исполнять просьбы «старшего брата», как Лукашенко называет Путина, но еще и ретранслировать пропагандистские установки Кремля, например, в отношении агрессии России против Украины.

В феврале 2026 года исполнилось четыре года с начала войны России против Украины, задумывавшейся как блицкриг. Ключевую роль в раздувании военной истерии в России сыграла пропаганда. Кремль в течение нескольких лет выстроил целую систему разжигания ненависти к Украине и ее жителям. Они напрямую участвовали и продолжают участвовать в войне против Украины информационными средствами. Можно с уверенностью сказать, что вооруженная агрессия не была бы возможна без токсичного и эффективного воздействия пропаганды на общество, которая разжигала ненависть против Украины и призывала к уничтожению ее народа.[2]

Начиная с победы в Украине Революции достоинства в 2014 году основные силы кремлевской пропаганды были направлены на борьбу с «украинской заразой» — дискредитацию Евромайдана и пресечение протестных настроений внутри России, на борьбу с внутренней оппозицией, мобилизацию российского общества вокруг фигуры Путина, аннексии Крыма и патриотизма.

Апогея эта риторика достигла во второй половине 2021 года, когда стало окончательно ясно, что Кремль готовится к чему-то большему, чем локальная операция на востоке Украины. В обществе искусственно поддерживался «истерический» уровень настроений, раздувалось чувство «исторической несправедливости».

Параллельно с этими процессами происходило уничтожение российского гражданского общества и последних свободных СМИ. Независимые организации, издания и журналисты объявлялись «иностранными агентами», выдавливались из страны, многие журналисты подверглись преследованиям и репрессиям. С началом полномасштабного вторжения контроль за СМИ и ограничение свободы слова в России достигли беспрецедентного уровня. Законодательство подверглось масштабным изменениям, вносящим уголовную ответственность за критику власти, распространение информации о войне и действия, интерпретируемые как поддержка противника. Появились наказания за «фейки» об армии (ст. 207.3 УК РФ), «дискредитацию» армии (ст. 280.3 УК РФ, ст. 20.3.3 КоАП РФ) и призывы к санкциям (ст. 284.2 УК РФ). По данным Комитета защиты журналистов (Committee to Protect Journalists) на январь 2026 г. за решеткой в России находились 27 журналистов, в Беларуси – 25.[3]

Наряду с российскими пропагандистами в подготовке к агрессии и продвижении антиукраинских нарративов участвовали их беларусские коллеги. Пропаганда Лукашенко полностью солидаризировалась и синхронизировалась с российской по магистральным направлениям и активно поддерживает войну. Однако в интерпретации событий, происходящих в Украине, в беларусских подконтрольных СМИ выделяются собственные нарративы, отличающие ее от российской пропаганды.

Если российская пропаганда в полной мере участвует в войне наряду с армией и военно-политическим руководством, используя информационные средства как оружие против Украины, то беларусские медиа – при всей очевидной поддержке России – не считают эту войну «своей». Они вынуждены оправдывать и обосновывать войну в глазах своей аудитории, но не желают втягивания Беларуси и ее армии в войну.

В последние два года Лукашенко – а вслед за ним и комментаторы режима – все чаще делает заявления, которые можно расценить как призывы к переговорам о мире. Иногда в своих высказываниях он позволяет себе нотки милосердия, смягчающие, примирительные и даже дружественные интонации в адрес украинцев. Эти заявления идут в разрез с пропагандой Москвы, безапелляционно призывающей к оккупации или уничтожению Украины. Важно подчеркнуть: «миротворческие» интонации ни в коей мере не являются господствующими. Они по-прежнему являются исключением в потоке дезинформации и пропаганды против Украины.

Фото: AP — Pavel Bednyakov

Призывы Лукашенко к прекращению войны отнюдь не означают, что он поддерживает Украину – прежде всего, потому, что обращены они исключительно к самой Украине. Ни одного требования с его стороны не прозвучало до сих пор в адрес истинного зачинщика войны – Владимира Путина.

Лукашенко открыто выступает на стороне России, оказывая давление на руководство Украины с целью принудить его прекратить сопротивление и подписать мир на условиях Москвы. В качестве инструмента принуждения Лукашенко использует дезинформацию, манипулирование и фейки, что будет наглядно показано на примерах в следующих разделах.

Ниже будут рассмотрена разница в подходах к освещению войны против Украины в российской и беларусской пропаганде. Эти подходы представляют собой разные идеологемы по следующим содержательным направлениям: отношение к мирным переговорам, к Украине и украинскому народу.

  1. Отношение к переговорам: «война на уничтожение» VS «пространство для переговоров»

— Пропаганда РФ: 1 – призывы к оккупации, уничтожению, убийствам, ударам по мирным городам, отсутствие эмпатии, злорадство по отношению к жертвам среди мирного населения, прославление (глорификация) террора, оправдание военных преступлений. 2 – никаких мирных переговоров (до февраля 2025)[4], переговоры возможны на условиях Москвы (с февраля 2025)

— Пропаганда РБ: 1 – участие в дискредитации Украины совместно с российскими СМИ, продвижение антиукраинских нарративов и дезинформации Кремля. 2 – смягчающие, примирительные заявления, призывы к окончанию войны и мирным переговорам. Минск предлагается в качестве площадки для переговоров.

  1. Отношение к Украине: «анти-Россия» VS «соседская страна»

— Пропаганда РФ: «несуществующее государство», угроза России, марионетка в руках Запада. Перспектива Украины – подчиненное России образование, лишенное независимости и государственности.

— Пропаганда РБ: Украина – соседская, дружественная, родственная страна, захвачена нацистами. В войне виноват Запад, столкнувший славянские страны друг с другом.

  1. Отношение к украинцам: «русский мир» VS «славянская семья трех народов»

— Пропаганда РФ: украинцы – часть русского народа не имеют собственной идентичности и государственности. Те, кто упорствует в своем украинстве и не признает себя русским, «заражены бациллой нацизма».

— Пропаганда РБ: украинцы – часть триединой семьи братских славянских народов (наряду с русскими и беларусами).

Для целей исследования под пропагандой понимается информационная политика государства, направленная не на объективное информирование общества с возможностью выбора разных точек зрения, а на формирование у аудитории ложных и односторонних представлений, побуждающих на реакцию и действия, необходимые для сиюминутной выгоды политического режима. Пропагандисты могут легко отказываться от собственных установок, если те вдруг начинают противоречить изменившимся потребностям власти, и продвигать те, которые до этого считались вредными или даже враждебными.

Пропаганда – ключевая часть, оружие и инструмент государственной идеологической машины. Без пропаганды невозможно существование самого режима и ведение агрессивной войны. Главным генератором прокремлевских идеологических линий в Беларуси является, прежде всего, сам Александр Лукашенко.

Нарративы беларусской пропаганды

iSANS выделяет четыре основных группы нарративов:

— Внутрибеларусские – необходимы для сохранения власти Лукашенко и укрепляют его образ как единственно возможного руководителя страны, центра объединения и сплочения общества. В рамках этой группы также утверждается постулат, что существование Беларуси невозможно без союза с Россией.

— Антиоппозиционные – имеют целью дискредитацию, ослабление и раскол протестного демократического движения, беларусских демократических сил. КГБ и другие силовые ведомства Беларуси часто используют пропагандистов как орудие в своих информационных операциях против демократических сил.

— Антиукраинские – направлены на создание негативного образа Украины и ее руководства, на обоснование военной агрессии России. В целом беларусская пропаганда следует в русле идеологических установок Кремля, отрицающих независимость, территориальную целостность, суверенитет Украины и ее право на существование, является их ретранслятором для беларусской аудитории.

— Антизападные – строятся на образе враждебного «коллективного Запада», мечтающего захватить, разделить или ослабить Беларусь и подорвать ее союз с Россией. До избрания Дональда Трампа в центре антизападной пропаганды были Соединенные Штаты Америки, однако после избрания Дональда Трампа риторика в отношении США стала мягче. Во второй половине 2025 – начале 2026 г. больше всего нападкам подвергается «Европа» как единое целое, а также европейские международные организации – Евросоюз, СЕ, ОБСЕ, отдельные европейские стран, прежде всего, Великобритания, Польша и страны Балтии.

Методология исследования

Исследование основано на анализе результатов работы мониторинговой группы iSANS за в период с 1 января 2023 года по 15 марта 2026 года. Начиная с июля 2020 года мы документируем заявления провластных информационных каналов, касающиеся внутренних и международных событий. На основе полученного в ходе мониторинга материала составляются сведения, позволяющие анализировать механизмы влияния пропаганды на общественное мнение и на действия власти.

С марта 2022 года iSANS публикует отчеты с анализом антиукраинских заявлений беларусской и российской пропаганды.[5]

В качестве инструмента, облегчающего выполнение задач мониторинговой группы iSANS, привлекаются инструменты онлайн-мониторинга, такие как система GAMMA, разработанная командой iSANS для автоматизированного сбора информации из Telegram-каналов и сайтов официальных изданий. Для изучения эфира телевизионных передач используются приложения по распознаванию речи.

1. ОТНОШЕНИЕ К ПЕРЕГОВОРАМ

Фото: sb.by

1.1. Российская «пропаганда на уничтожение»

В ноябре 2023 года, выступая на Петербургском международном экономическом форуме, Путин заявил:

«Наша битва за суверенитет, за справедливость носит без всякого преувеличения национально-освободительный характер. <…> Именно наша страна, русский мир, как не раз бывало в истории, преградили путь тем, кто претендует на мировое господство, на свою исключительность».[6]

Данная цитата является классическим примером изображения агрессивной войны как оборонительной и национально-освободительной, как «битвы за справедливость» или как высшей точки противостояния России и Запада. Такая риторика – «дымовая завеса», чтобы скрыть истинные цели агрессоров – захват, уничтожение независимости и получение контроля над Украиной.

Готовя почву для полномасштабного вторжения, федеральные СМИ и многочисленные частные прогосударственные каналы в Telegram работали над созданием негативного образа Украины. Они дегуманизировали и демонизировали ее жителей, отрицали их право на государство и независимость, обвиняли в грехах, отказывали в существовании отдельной украинской культуры и языка. Утверждения, что Украина – это «недогосударство», «нацистское» или «сатанинское» государство, представляющее угрозу России, произносятся с целью облегчения задачи российскому населению принять необходимость вторжения. Очернение украинцев как национальной группы, наделение их отрицательными свойствами напоминает процесс расчеловечивания евреев в Третьем рейхе.

Фото: Одноклассники «Черногорск говорит»

В период подготовки к агрессии можно выделить следующие группы антиукраинских и антизападных нарративов Кремля.

  1. Украина:

— «недогосударство», не обладает суверенитетом, государственностью и самостоятельностью;

— получила независимость в результате распада Советского союза;

— получила Крым и восточные территории от России в результате несправедливого проведения границ большевиками;

— «зона привилегированных интересов России» (как и другие постсоветские государства);

— «анти-Россия», враждебное / фашистское / нацистское государство;

— управляется извне и является марионеткой внешних врагов России (Запад, НАТО, ЕС, США);

  1. Дискредитация украинского народа как национальной группы:

— украинской нации как отдельного этноса не существует. Украинский народ – часть «русского мира», «русского народа»;

— украинцы – темная, враждебная сила / заражены бациллой национализма.

Для того, чтобы раздуть ненависть, пропаганда описывала народ Украины в самых жестоких тонах, наделяла их страшными, отталкивающими свойствами, сравнивала с болезнями, насекомыми, животными, демонами с целью вызвать чувство отвращения.

  1. Перекладывание вины:

— вся ответственность за войну и за продолжение кровопролития лежит на самой Украине. Она угрожала и провоцировала Россию. Россия «была вынуждена» ответить;

— Россия не совершает преступлений против мирного населения, наоборот, эти преступления совершают ВС Украины;

— Россия не оккупирует, а «освобождает» «свою» территорию и «своих» людей.

— не Россия напала на Украину, а Запад в Украине напал на Россию;

— Запад воюет с Россией руками украинцев и будет воевать «до последнего украинца»;

  1. Дискредитация высшего руководства Украины:

— Президент Владимир Зеленский – клоун / наркоман / коррупционер / нелегитимен. Он не заинтересован в окончании войны, так как хочет как можно дольше оставаться у власти;

— Военно-политическая верхушка коррумпирована / не может самостоятельно принимать решения / зависима от Запада / заинтересована в продолжении войны, которая обеспечивает ее потоками западной финансовой помощи.

Фото: Сергей Ильницкий, PAP/EPA

Конфликт в Украине преподносится российской пропагандой как «экзистенциальная война», «цивилизационное противостояние» с Западом, где Россия ведет борьбу за свое существование. Пропаганда активно использовала и продолжает использовать угрозы ядерным оружием для «предотвращения сползания к глобальной термоядерной войне» по версии путинского политолога Сергея Караганова,[7] а на самом деле для запугивания и принуждения к сдаче Украины и всего мира.

Также весьма популярна идея глобальной конфронтации Востока с Западом в Украине. Глава МИД РФ Сергей Лавров выдвинул версию, получившую широкое распространение в Telegram-каналах, что Россия представляет собой заслон агрессии Запада на пути к Китаю:

«[Западные страны] не скрывают, что когда Россия будет покорена, следующей целью будет Китай, ну и вообще любая страна, которая осмелится действовать самостоятельно».[8]

В целом риторика пропагандистов по отношению к Украине была (и остается) настолько жестокой, циничной и безжалостной, что в потоке их заявлений эксперты iSANS усмотрели признаки призывов к геноциду.[9]

Со временем часть нарративов эволюционировала. Например, почти исчезли требования по «демилитаризации» Украины в виду их абсурдности. Украинская армия за годы вторжения не только не была «демилитаризована», но и стала сильнее, внедряя инновационные решения, разрабатывая собственные вооружения и эффективно сдерживая наступление россиян.

Распространяется новый миф о том, что единственные, кто добивается мира – это Александр Лукашенко и Владимир Путин. Президент Украины Владимир Зеленский, согласно этой версии, отказывается от переговоров и не согласен с условиями мирного договора (прекращение сопротивления, добровольная сдача восточных областей Донбасса в обмен на призрачные гарантии безопасности), поэтому вся ответственность за продолжение войны и за новые жертвы лежит на нем.

Фото: Сергей Бровко / Коммерсант

Примеры высказываний

Сергей Мардан, обозреватель радио «Комсомольская правда»:

«Пора уже четко сформулировать, что целью России является уничтожение украинского государства как такового. Необходимо запретить его символы, выжечь его топонимику, уничтожить память о его “героях” и стереть из истории само воспоминание об этом политическом уродце, который родился в 1991 году, окреп и вырос в вурдалака к 2014-му.»[10] (2022)

Андрей Перла, обозреватель правоконсервативного телеканала «Царьград»:

«Образ победы должен включать в себя штурм и разрушение Киева, капитуляцию и ликвидацию государства Украина. И программу возвращения людей, городов и всей страны в нормальную русскую жизнь.»[11] (2024)

Александр Дугин, провластный философ, один из идеологов «русского мира»:

«Это образование, которое возникло в 1991 году на карте мира под названием «государство Украина», это та самая химера, которая с карты мира должна быть стерта.»[12] (2023)

«Стоило бы <…> отозвать признание суверенитета Украины в целом и объявить Старые Земли территорией Великой России. Нет признанной власти – нет государства. Спасти Украину значит вернуть ее в Империю.»[13] (2024)

«Украина в том своём состоянии, в котором она существовала в последние 30 лет, не могла не превратиться в тот нацистский улей садистов, террористов и гадюк, в который она превратилась. Значит, такое политическое образование не имеет права на историческое существование.»[14] (2024)

Сергей Аксенов, «глава Крыма», назначенный оккупационной администрацией:

«Теперь настал наш черед выжечь каленым железом нацистскую чуму. Лучшей гарантией того, что она больше никогда не выползет из своих схронов, является ликвидация украинской государственности, породившей нацизм.»[15] (2022)

Андрей Гурулёв, депутат Государственной Думы РФ:

«Надо с Украиной тему закрыть наглухо. И сегодня признать, что там <…> уже надо закрыть проект “Украина” навсегда. Всё, была и нет Украины, это территория России.»[16] (2023)

Петр Толстой, депутат Государственной Думы РФ:

«Мы должны идти до конца, пока полностью не уничтожим нацистскую язву, а международная террористическая организация под названием «Украина» не прекратит своё существование.»[17] (2023)

Сергей Лавров, министр иностранных дел РФ:

«Страны Запада объявили России войну с помощью Украины. Для этого в качестве “наконечника” используется киевский режим. <…> Киевский режим и украинское государство откровенно используются в качестве геополитического тарана».[18] (2026)

1.2. Беларусская пропаганда: «пространство для переговоров»

За годы, прошедшие с начала полномасштабного вторжения, нарративы официального Минска в отношении войны в Украине много раз претерпевали метаморфозы. Как отмечалось выше, в период подготовки и в первые месяцы агрессии беларусские СМИ в полной мере приняли участие в пропагандистской кампании против Украины на стороне российских каналов, распространяли всю ту же риторику ненависти и отрицания государственности Украины, исходившую от Кремля.

Позже, на фоне роста военных неудач российской армии официальный Минск перешел к более «прагматичной» позиции. Наряду с продолжающейся агрессивной риторикой появились заявления, которые можно охарактеризовать как призывы остановить войну и сесть за стол переговоров. Генератором этих заявлений был, прежде всего, сам Лукашенко. Появились высказывания, напоминающие попытки оправдаться за соучастие в агрессии, а также подчеркивающие «нейтральность» и гуманитарную роль Беларуси. Не ставя под сомнение действия России и не называя агрессию агрессией, Минск начал все чаще демонстрировать «миротворческие» настроения и предлагать себя в качестве площадки для переговоров.

На основе анализа данных медиамониторинга постараемся кратко описать этапы трансформации антиукраинских нарративов в беларусской пропаганде в привязке к событиям российско-украинской войны.

Этап 1

2021 – начало 2022 года – фаза активной подготовки к агрессии. Беларусь оказывала системную помощь России. С началом полномасштабного вторжения беларусская территория стала одним из плацдармов, с которого началось вторжение, осуществлялись ракетные обстрелы украинских городов.

Беларусские пропагандистские каналы вторили действиям властей и участвовали в информационных атаках на Украину наряду с кремлевскими СМИ. Одновременно с этим подчеркивались нейтралитет и «мирный характер» Беларуси.

Этап 2

Февраль 2022 – 2023 гг. – начало вторжения. Официальные формулы: «война продлится недолго и завершится победой РФ», «не мы напали – на нас напали», «мы не участвуем в войне напрямую». Беларусская пропаганда распространяет агрессивные антиукраинские нарративы наравне с российской.

Фото: Андрей Мариенко / AP

Происходит постепенный отказ от прежнего «нейтралитета»: рост зависимости и усиление военного сотрудничества с Россией, обсуждение размещения российского тактического ядерного оружия (ТЯО) и других вооружений, укрепление «Союзного государства». Пропаганда в этот период следует стратегическим линиям Кремля, не ставя под сомнение действия России, подчеркивает «защиту от агрессии Запада» и «готовность к диалогу» с Западом.

Этап 3

2023 – 2025 гг. — «двойственность» линий пропаганды становится очевидной. Минск усиливает военную кооперацию с Москвой и воинственную риторику, одновременно продвигая «мирные инициативы» по посредничеству в переговорах.

От Лукашенко и пропагандистов все чаще исходят «мирные» и смягчающие посылы в адрес украинцев. Государственные и прогосударственные каналы преподносят это как доказательство «ответственной позиции» Беларуси.

Этап 4

С начала 2025 – июнь 2026 – все чаще подчеркивается тесная военная и политическая связь с Москвой, необходимость противостояния Западу. Пропаганда восторженно демонстрирует наращивание военного потенциала, в том числе, размещение российских баллистических ракет «Орешник» и (возможно) ТЯО.[19]

AP Photo

В подконтрольных СМИ сохраняется высокий уровень поддержки войны и действий России в Украине, как большое количество враждебных высказываний в адрес Украины и Запада. Однако все чаще указывается на «мирный» характер Беларуси. Лукашенко и пропагандисты, пытаясь повлиять на смягчение режима международной изоляции и снятие санкций, заявляют, что Беларусь никогда не вступит в войну с Украиной. Несмотря на это, Запад по-прежнему считает Лукашенко соучастником агрессии РФ.

Примеры «мирной» риторики

Александр Лукашенко:

«Никто сегодня не хочет воевать. Поэтому надо идти к миру».[20] (2024)

«Военные, руководители спецслужб Запада, политики и руководители государств уже публично говорят о том, что нельзя допустить победы Путина. Если вы настаиваете, что нельзя, то это момент для переговоров. Сыграйте вничью на этом этапе».[21] (2024)

Лукашенко также приветствовал шаги Дональда Трампа по мирному урегулированию, а фактически – по принуждению Украины к миру:

«Как бы тут ни пытались принизить роль Трампа, он молодец в этом плане. <…> Он хочет остановить войну, как он говорит, для того, чтобы не гибли люди. Можно вокруг этого говорить что угодно. Но что скажешь против того, что делают сегодня американцы?»[22]

Пропаганда преподносила Лукашенко и Путина чуть ли не как главных пацифистов и прославляла «мирные усилия» двух диктаторов. В 2024-2025 гг. беларусские подконтрольные каналы активно продвигали тезис, что Беларусь могла бы стать лучшей площадкой для мирных переговоров, помня о том, как Минск был в центре мирового внимания в период Минских соглашений (2014-2016 гг.). К началу 2026 года они почти перестали об этом упоминать, вероятно поняв абсурдность таких заявлений.[23]

Александр Шпаковский:

«Сыграв на опережение [предложив мирные переговоры], Лукашенко и Путин фактически выбивают эту карту из рук оппонентов. В свою очередь, Беларусь по-прежнему готова взять на себя функцию медиатора. Миротворческая миссия белорусской дипломатии общеизвестна. Похоже именно в этом может заключаться роль Минска в украинском конфликте».[24]

В разных интервью Лукашенко несколько раз называл себя «соагрессором» Путина, правда, без тени раскаяния:

«Я же не отказываюсь, что мы “соагрессоры”. Каждый делает свое дело».[25] (2024)

Летом 2025 года в интервью британскому журналу Time Лукашенко заявил об этом чуть ли не с вызовом:

«Ну вот попробуй с позиции России меня в чем-то упрекнуть. Мы никогда не отказывались, что мы – соагрессоры с Россией. Вам удобно в Америке нас считать соагрессорами. Ну хорошо. Путин и Лукашенко — два агрессора. Ну считайте дальше».[26] (2025)

Позднее его позиция снова поменялась, и в начале июня 2026 года, выступая в Гродно, Лукашенко уже говорил, что беларусы – «ни агрессоры, ни соагрессоры».

«Я хочу, чтобы на западе Беларуси, в Гродно, это твердо усвоили: мы хотим мира, мы несем народам мир. Никакие мы не агрессоры и не соагрессоры».[27]

Лукавый «мир» Лукашенко

При этом «миротворчество» беларусского правителя носит крайне односторонний характер. В действительности, Лукашенко помогает только одной стороне конфликта – российской – и фактически участвует в операции Кремля по давлению на Украину с целью заставить ее прекратить сопротивление и согласиться на мир на условиях Москвы. Не сказав ни единого слова критики в адрес настоящего поджигателя войны – Владимира Путина, он изображает украинского президента Владимира Зеленского единственным препятствием на пути к миру.

«Мы получаем массу информации в последние дни, что здесь [в мирном процессе] проблема не в Соединенных Штатах Америки, которые очень хотят продвижения, не в России, которая готова к продвижению, и не в европейских лидерах, а во Владимире Александровиче Зеленском».[28] (2025)

Чтобы добиться своей цели – склонения украинского руководства к сдаче, Лукашенко прибегает к использованию дезинформации. Например, он неоднократно утверждал, что украинская армия терпит поражение за поражением, а значит, Зеленскому нужно срочно договариваться с Путиным о мире, иначе Украина может исчезнуть как государство,. Свои утверждения Лукашенко подкрепляет фейковыми примерами захвата российскими войсками того или иного украинского города. Так, в августе 2025 года на встрече Путиным он заявил, что якобы взят украинский город Часов Яр:

Фото: AP / Scanpix

«Мы уже слышали о том, что это [взятие Часова Яра] не соответствует действительности. Я могу вас заверить, что это полностью соответствует действительности».[29] (2025)

На основе первого утверждения Лукашенко строит второе: поэтому Украина должна прекратить сопротивление:

«Я это к чему говорю… Украина должна сегодня бегом просить его [президента РФ]: Владимир Владимирович, давайте сядем за стол переговоров, давайте договоримся».[30]

Между тем, даже на начало сентября 2025 года Часов Яр, маленький городок в Донецкой области, не был полностью захвачен, что можно ретроспективно проверить по карте боевых действий Deep State.

Подобные утверждения Лукашенко продолжает использовать для давления на Украину с целью заставить ее договариваться о мире на условиях Москвы.

«Для Украины – крайне опасно. Украине надо сегодня остановиться, надо заключить мирное соглашение, чтобы не потерять Украину вообще».[31] (2025)

«Мы о своей позиции заявили: мир, мир и только мир. Украина должна существовать как суверенное независимое государство. Мы за то, чтобы война была остановлена сейчас, в противном случае исчезнет это независимое суверенное государство».[32] (2025)

В интервью российскому пропагандистскому каналу RT в апреле 2026 года Лукашенко прямо возложил ответственность за продолжение войны на граждан Украины, так как они «демократичным образом избрали этого президента» (Владимира Зеленского):

«Я не имею права упрекать украинский народ. Но пусть украинцы разберутся. Они ведь тоже в этом виноваты. Они демократичным образом избрали этого Президента. Ну, надо за него отвечать. Они его избрали и сейчас за это платят, и очень дорого платят».

«Он [Зеленский] должен понимать, что он слишком большую цену платит за то, что произошло, за ту политику, за ту войну, которая сегодня идет. Он должен это понять, и он должен понять, что если не остановится [сопротивляться России] – потеряет Украину».[33] (2026)

В интервью каналу Al Arabiya в июне 2026 года он снова выгораживал Путина и оправдывал неудачи РФ в самом начале вторжения тем, что «Ватикан, еврейское лобби и израильтяне» обманули «президента» РФ и заставили его отвести войска от столицы Украины:

«В очередной раз, наверное, — я знаю — эти силы обманули. Это был Ватикан. И, что удивительно, еврейское лобби, израильтяне. Они от имени Зеленского заявляли: все, идем на мир, соглашаемся. Ну и другие».[34]

Кроме поиска внешних врагов мира, в этом интервью Лукашенко впервые за все время войны принес извинения президенту Украины за свои оскорбительные выпады в его адрес. В целом, изменения в риторике диктатора в середине 2026 года некоторые эксперты считают признаком понимания того, что Россия не сможет победить в войне и что его собственное будущее в какой-то степени находится «в руках Украины».[35]

ЧАСТЬ 2. «АНТИ-РОССИЯ» VS «СОСЕДСКАЯ СТРАНА»

2.1. Российская пропаганда: «Украина – анти-Россия»

На этапе подготовки к полномасштабному вторжению (2021 – нач. 2022 гг.) перед кремлевской пропагандой стояла нелегкая задача обосновать для аудитории необходимость вторжения и ведения боевых действий против граждан страны, которая на протяжении десятилетий считалась братской, дружественной и близкой во всех отношениях. Работа по дискредитации Украины как государства началась задолго до полномасштабного вторжения – после победы Революции достоинства (Евромайдан) в Киеве в феврале 2014 года, однако еще более ранние заявления относятся к началу 2000-х.

«Историческая несправедливость»

В период подготовки к полномасштабному вторжению и после начала так называемой «СВО» заявления, отрицающие государственность, независимость или современные границы Украины, занимали ключевое место в обосновании необходимости войны. Согласно этой группе нарративов, Украина не является суверенным государством, получила независимость и часть территорий незаслуженно, в результате распада СССР. Отсюда следует популярный тезис о «исторической несправедливости» по отношению к России, согласно которому бывшие советские республики при выходе из СССР «захватили» с собой российские земли. Главным проводником этих взглядов был Владимир Путин.

«Если та или иная республика вошла в состав Советского Союза, но получила в свой багаж огромное количество российских земель, традиционных российских исторических территорий, а потом только решила выйти из состава этого Союза, – ну хотя бы тогда выходила с чем пришла. И не тащила бы с собой подарки от русского народа».[36] (2020)

Фото: Ефрем Лукацкий / AP

Первым камнем в идеологический фундамент будущей большой войны, многие эксперты посчитали его статью «Об историческом единстве русских и украинцев», опубликованную в июле 2021 года. Статья была полна украинофобских и антизападных ресентиментов и псевдоисторических заключений. Угрозы и отрицание украинской идентичности чередовались в ней с нарративами о России, которую «обманули» бывшие советские республики после выхода из состава СССР:

«Современная Украина – полностью детище советской эпохи».

«Шаг за шагом Украину втягивали в опасную геополитическую игру, цель которой – превратить Украину в барьер между Европой и Россией, в плацдарм против России. Неизбежно пришло время, когда концепция «Украина – не Россия» уже не устраивала. Потребовалась «анти-Россия», с чем мы никогда не смиримся».

«Все ухищрения, связанные с проектом «анти-Россия», нам понятны. И мы никогда не допустим, чтобы наши исторические территории и живущих там близких для нас людей использовали против России».[37] (2021)

Накануне вторжения Путин записал обращение в связи с признанием независимости т.н. Луганской и Донецкой «народных республик», в котором снова повторялось, что «современная Украина целиком и полностью была создана Россией» за счет «ее исторических территорий».[38]

Известно, что вдохновение своим планам Путин черпает в работах русских консервативных философов, идеологов правого «патриотического» толка, таких как Иван Ильин и Александр Солженицын. В своих статьях 1990-х годов Солженицын, в частности, называл «огромной бедой» распад СССР, который прошел по «фальшивым ленинским границам, отхватывая от России целые русские области»[39]. Писатель также считал, что Крым и восточные земли достались Украине «искусственно».[40] Тексты Солженицына и других консервативных авторов повлияли на развитие реваншистских и неоимперских взглядов режима Путина и сыграли свою роль в обосновании войны против Украины.

Владимир Мединский, помощник президента РФ, один из идеологов Кремля:

«Современное государство, которое мы привыкли называть Украиной, есть исторический фантом, скроенный конкретными тактическими решениями конкретных политиков в конкретных обстоятельствах. <…> А так называемая история Украины не просто неразрывно связана с тысячелетней историей Руси/России/СССР – это и есть сама русская история.»[41] (2022)

Дмитрий Медведев, президент РФ (2008-2012), заместитель председателя Совета безопасности РФ:

«Кусочки России, названные Украиной в границах 1991 года, – просто недоразумение, порождённое распадом Союза ССР. <…> Такая Украина не нужна никому на планете. Именно поэтому её не будет.»[42] (2023)

«Наличие самостоятельного [украинского] государства на исторических российских территориях теперь будет постоянным поводом для возобновления военных действий. Кто бы ни стоял у руля ракового новообразования под именем Украина, это не добавит легитимности его правлению и правовой состоятельности самой «стране.»[43] (2024)

Владислав Сурков, помощник президента РФ (2004 – 2020):

«Украины нет. Есть украинство. То есть специфическое расстройство умов. <…> А нации нет. Украины нет. Вопрос только в том, Украины уже нет, или пока еще нет? Принуждение силой к братским отношениям — единственный метод, исторически доказавший эффективность на украинском направлении».[44] (2020)

«Государство-зверь»

Еще одна группа антиукраинских нарративов – утверждения, что Украина представляет «экзистенциальную угрозу» России. Она изображается как антироссийский проект Запада («анти-Россия»), где власть захватили «нацисты», а также как некая темная (или сверхъестественная) сила, «сатанистское» или «антихристианское государство». Цель подобных сравнений – дегуманизировать украинцев, вызвать чувство ужаса у россиян и избавить их от сомнений в том, что Украину необходимо «освобождать». «Специальная военная спецоперация» преподносилась как «крестовый поход» против сил зла, «освобождение и «очищение».

Фото: AFP / Scanpix

Михаил Леонтьев, телеведущий, пресс-секретарь корпорации «Роснефть»:

«Кончать надо эту Украину. Это нацистская реанимация на русской земле».[45] (2018)

Рамзан Кадыров, глава Чечни:

«За несколько месяцев СВО на Украине мы стали свидетелями того, как вылезли на поверхность худшие проявления сатанизма – ярый фашизм, абсолютное безбожие, черный цинизм и агрессивная ЛГБТ-пропаганда.»[46] (2022)

«Нет сомнений, что как только мы дадим слабинку на Украине, полчища слуг дьявола будут уже здесь.»[47] (2022)

Дмитрий Винник, профессор:

«Государство Украина предало свою веру, отдало свои и наши храмы еретикам и отступникам, поклонилось Мамоне, воскресило языческих демонов-людоедов, впустило в свой дом содомитов воспитывать своих детей. Что это означает? Это означает, что Государство Украина должно быть уничтожено.»[48] (2024)

Андрей Перла, правоконсервативный телеканал «Царьград»:

«Пора понять: нам противостоит террористическое государство. С террористическим государством можно справиться только одним способом: полностью его уничтожить.»[49] (2023)

Константин Малофеев, олигарх, владелец телеканала «Царьград»:

«Целью должно стать полное уничтожение этого неонацистского и антихристианского псевдогосударственного образования. Подлинная Украина – неотъемлемая часть России.»[50] (2022)

«Вся Украина – это Россия. И она будет освобождена. Весь мир должен освободиться от диктата западного Содома.»[51] (Он же, 2022)

2.2. Беларусская пропаганда: «Украина – соседская страна»

Как было отмечено выше, Беларусь продолжает оказывать всестороннюю поддержку России в ее агрессии против Украины, в том числе, идеологическую. Задолго до полномасштабного вторжения беларусские пропагандистские каналы стали рупором Кремля, копируют и ретранслируют российские антиукраинские нарративы для своей аудитории.

Главным распространителем исходящих от государства фейков, как и в других случаях, является Александр Лукашенко. В начале войны он много раз заявлял об «угрозе», исходящей от Украины. На встрече с Путиным в Москве в марте 2022 года Лукашенко доказывал, что если бы Россия не напала на Украину, то Украина напала бы на Беларусь, а также обвинял Украину в том, что та первая нанесла удар. То, что в те дни говорил беларусский диктатор – это прямая военная дезинформация, распространяемая с целью легитимизировать вторжение.

«А я сейчас вам покажу, откуда на Беларусь готовилось нападение. И если бы за шесть часов до операции не был нанесён превентивный удар по позициям, <…> они бы атаковали наши войска, Беларуси и России. Поэтому не мы развязали эту войну, у нас совесть чиста. Хорошо, что начали».

«Не мы на них нападали, превентивно ВСУ начали стрелять. <…> Они начали».[52] (2022)

В 2023 году Лукашенко с удовлетворением отмечал, что после терактов в Израиле фокус международного внимания переместился с Украины на Ближний Восток, поэтому «Украина отходит на задний план»:

«Украина все равно будет наша. Никому эта Украина не нужна, она нужна только России и Беларуси. Поэтому этот регион – наш регион. В том смысле, что мы будем вместе».[53]

Фото: Белта

Пытаясь обелить Путина, беларусский правитель неоднократно утверждал, что войска РФ вторглись в Украину, потому что были ею «спровоцированы»: якобы они возвращались из Беларуси с учений в места постоянной дислокации, но в какой-то момент произошло какое-то внешнее событие, которое заставило их «завернуть на Киев». Вот, например, фрагмент интервью ВВС в октябре 2024 года:

«Часть войск в какой-то период спровоцировали, я в этом убежден, он [Путин] завернул на Киев. Почему так произошло? Спросите у Зеленского».

На вопрос журналиста ВВС, почему он допустил вторжение в Украину со своей территории, Лукашенко ответил:

«Это его [Путина] войска и его право выводить войска туда, куда он считает нужным».[54]

Подобные заявления, кроме всего прочего, демонстрируют высокую степень зависимости беларусского режима от Кремля. Из слов диктатора следовало, что армия чужой страны на территории Беларуси может делать все, что ей вздумается.

За несколько месяцев до начала агрессии, один из главных идеологов режима Лукашенко Александр Шпаковский призывал Россию «демонтировать режим в Украине»:

«Нынешний украинский режим – инструмент агрессии Запада и представляет угрозу безопасности Союзного государства. Следовательно, цель – демонтаж этого режима, возвращение Украины в традиционную орбиту русской цивилизации, проведение масштабной денацификации общества этой страны.»[55] (2021)

Летом 2022 года Шпаковский заявлял, что уничтожение украинской независимости – это условие «выживания беларусской модели».

«На настоящем этапе само существование государства Украина представляет собой угрозу национальной безопасности Беларуси. <…> Свержение режима Зеленского, возвращение Украины в традиционную орбиту восточнославянской цивилизации – важнейший вопрос выживания белорусской государственной модели.»[56] (26.07.2022)

«Оскотинивание украинского общества, точками отсчёта которого стали первый, и, особенно, второй Майдан, достигло своего апогея. Уродливое детище Беловежских соглашений должно быть уничтожено.»[57] (17.08.2022)

Подобной жесткостью отличались высказывания и других беларусских пропагандистов. Григорий Азаренок:

«Государство-зверь. Оно воспевало и восхваляло самые низменные человеческие чувства.»[58] (2022)

«Украина – сатанинское государство. Христос победит дьявола.»[59] (Он же, 2022)

«Это не наша война»

Тем не менее, антиукраинские линии пропаганды режима Лукашенко отличаются от российских. Прежде всего, это касается отношения к украинцам как людям соседней страны, с которыми беларусов связывает множество родственных, дружественных и деловых уз. Главное отличие этих линий состоит в том, что агрессивные призывы официальной пропаганды, как ни странно, сочетаются с проявлением добрых чувств и даже эмпатии к украинскому народу, вынужденному переносить колоссальные страдания из-за военных действий. При этом настоящий виновник этих военных действий не называется, вина за страдания украинцев перекладывается на саму Украину или на Запад.

Фото: rv.suspilne.media

Очевидная причина присутствия таких нарративов – преобладание в беларусском обществе и официозе несколько иных взглядов на происходящие в соседней стране события. Суть их можно свести к простой формуле: «это не наша война». По данным iSANS, в 2025 году лишь 27 процентов белорусов одобряли военные действия России в Украине. Подавляющее большинство населения придерживается антивоенных взглядов: 69% жителей выступают за скорейшее начало переговоров и около 80% категорически против участия белорусских войск в конфликте.[60]

Неприятие войны в обществе влияет и на контент, исходящий от беларусской пропаганды, и на идеологию войны в целом. Прослеживается ясная тенденция: если в начале вторжения воинственные, агрессивные, уничижительные высказывания превалировали в риторике режима, то с течением лет на фоне военных неудач РФ они постепенно стали уступать место выражению примирения и милосердия.

Александр Лукашенко:

«Я прямо говорю: ни я, ни Путин, мы не хотим, чтобы страдал братский нам украинский народ. Не хотим!».[61] (2024)

«Не забывайте, что когда-то нам придется с ними [украинцами] налаживать отношения. Это соседская наша страна. Это родная нам страна. И я уверен, что те, кто говорит жестко об Украине, не понимают, что подавляющее большинство в Украине — нормальные люди».[62] (2024)

«Я абсолютно убежден, что нашими молитвами мы вернемся к тем временам, когда наши народы будут вместе. Мы очень надеемся, что этот светлый месяц май подарит мир нашему братскому народу [об украинцах]».[63] (2024)

«Пожалуйста, приезжайте, украинцы. Мы с удовольствием вас примем. Вашим семьям, вашим детишкам обеспечим такую жизнь, как белорусам в плане образования, здравоохранения. Мы готовы их принимать. <…> Для нас украинцы — это благо. Это очень трудолюбивые люди, понимающие нас, разговаривающие с нами на одном языке. — Тем не менее, беда пришла в дом нашего соседа».[64] (2025)

Таким образом, очевидно, что Лукашенко явно пытается оставить себе «пути для отступления» на случай остановки военных действий и для «возврата к нормальности» в отношениях с Украиной, Европой и Западом, что бы это ни значило.

Провластные толкователи речей «президента» бросились выполнять указание – действительно на какое-то время стали мягче высказываться об Украине. Некоторые буквально копировали слова Лукашенко.

Олег Гайдукевич:

«Мы никогда не говорили, что украинцы нам враги. Украинцы не виноваты, что их страной управляют извне. Большинство украинцев – это нормальные люди. Просто им правду никто не говорит, им не дают решать судьбу своей страны. Они потеряли сегодня суверенитет – в этом беда. Но мы всегда протянем руку украинскому народу, когда они этого попросят. Всегда так было и будет».[65] (2024)

«Я иногда вижу экспертов, которые позволяют себе говорить нехорошие вещи о всех украинцах. А ведь это неправда. Моя бабушка из Одессы. И я знаю, что украинцы — это хороший народ. Плохих народов и наций вообще не существует».[66] (2024)

Другие призывали «сбавить градус» в отношении Украины. Глава провластного Союза журналистов Беларуси Андрей Кривошеев:

«В Союз журналистов идут десятки обращений по поводу наших коллег, которые ведут эмоциональную авторскую публицистику, так как люди действительно обращают внимание, это их тревожит».[67] (2024)

3. «ЧАСТЬ РУССКОГО МИРА» VS. «СЛАВЯНСКАЯ СЕМЬЯ»

3.1. «Украинцы – это русские, в которых вселился бес»

Пока Россия обвиняла весь мир в «русофобии», в самой России пропаганда бурными темпами взращивала «украинофобию» – неприязнь ко всему украинскому, публичное отрицание украинской истории, культуры, традиций и языка. Накануне полномасштабного вторжения пропагандисты заявляли, что никакой украинской нации не существует, а украинцы – это часть «русского мира». Основу для этих заявлений, как и в случае с отрицанием украинской государственности, закладывал лично Владимир Путин, опираясь на идеи многочисленного корпуса российских проимперских идеологов. В упомянутой выше пространной статье «Об историческом единстве русских и украинцев» он утверждал, что украинцы – это не отдельный народ, а часть большой разделенной русской нации.

«Украинцы и русские – один народ, единое целое».

«Большая русская нация – триединый народ, состоявший из великороссов, малороссов и белорусов».

«Вместе мы всегда были и будем многократно сильнее и успешнее. Ведь мы – один народ».[68] (2021)

Фото: Армія Inform

Миф о «русском мире» и «триединстве русского народа» стал одним из столпов оправдания войны против Украины. В этой системе насаждаются, прежде всего, главенство и примат русского народа над остальными.

Из Наказа XXV Всемирного русского народного собора «Настоящее и будущее Русского мира»:

«России следует возвратиться к существующей более трех веков доктрине триединства русского народа, согласно которой русский народ состоит из великороссов, малороссов и белорусов, являющихся ветвями (субэтносами) одного народа, а понятие «русский» охватывает всех восточных славян — потомков исторической Руси.»[69] (2024)

Владимир Путин:

«Я много раз говорил, что считаю русский и украинский народы одним народом на самом деле. В этом смысле вся Украина наша».[70] (2025)

Упомянутый выше пропагандист РИА НОВОСТИ Тимофей Сергейцев писал о необходимости «денацификации» — т.е., проведения «комплекса мероприятий по отношению к нацифицированной массе населения». Если жители Украины не признают, что они – «часть русского народа», продолжают считать себя украинцами, значит, они подлежат «деукраинизации».

«Денацификация неизбежно будет являться и деукраинизацией — отказом от начатого еще советской властью масштабного искусственного раздувания этнического компонента самоидентификации населения территорий исторических Малороссии и Новороссии.»[71] (2022)

Собственно, Сергейцев первым и ввел термин «деукраинизация», подразумевая под ним государственную политику, направленную на уничтожение (или ассимиляцию, русификацию) украинской этнической группы. «Новаторство» было и в том, что он впервые сформулировал тезис о коллективной вине украинцев:

«Денацификация необходима, когда значительная часть народа – вероятнее всего, его большинство – освоено и втянуто нацистским режимом в свою политику. То есть тогда, когда не работает гипотеза “народ хороший — власть плохая”».

«Помимо верхушки, виновна и значительная часть народной массы, которая является пассивными нацистами, пособниками нацизма.»

«Денацификация — это комплекс мероприятий по отношению к нацифицированной массе населения. Денацификация этой массы населения состоит в перевоспитании, которое достигается идеологическими репрессиями (подавлением).»[72]

С помощью каких репрессий и подавления предполагалось осуществление этой «денацификации», теперь можно судить вполне определенно. Вторжение и оккупация сопровождаются массовыми убийствами, грабежами, пытками, изнасилованиями, мародерством и другими преступлениями против мирного населения Украины. Сколько, по мнению идеологов, должно быть уничтожено «не поддающихся исцелению», до конца не ясно, но пропагандисты говорили о миллионах людей. Отсюда следует еще один тезис пропаганды: мы пришли не оккупировать Украину, а «освобождать русских людей от фашистов».

Алексей Журавлев, депутат Государственной Думы РФ: 

«Два миллиона [неисправимых украинцев] должны были либо уехать из Украины, либо будут денацифицированы, то есть уничтожены.»[73] (2022)

Павел Губарев, российский наемник, бывший «народный губернатор» Донецка:

«Украинцы – это русские люди, в которых вселился бес. Мы идем не убивать их, мы хотим их переубедить. Но если вы не хотите, чтобы мы вас переубеждали, мы вас убьем. Сколько потребуется – убьем миллион, пять миллионов, хоть всех, пока вы не поймете, что вы – бесноватые и вам нужно лечиться.»[74] (2022)

Дмитрий Медведев, президент РФ (2008-2012), заместитель председателя Совета безопасности РФ:

«От украинцев не требуется класть «ни душу, ни тiло» за свою свободу. Им следует усмирить гордыню «инаковости», отказаться от противопоставления себя общерусскому проекту и изгнать демонов политического украинства. Наша задача – помочь жителям Малороссии и Новороссии построить Украину без морока «украинства».[75] (2024)

Юлия Витязева, пропагандистка телеканала «Россия»:

«Нет такого понятия, как украинец. Есть малороссы. Есть русины, есть русские, евреи, молдаване. Ну, все, кто жил на этой земле [Украины].»[76] (2022)

Юрий Кот, украинский перебежчик, бывший преподаватель украинского языка, ведущий украинских телеканалов, ныне пресс-секретарь Всемирного русского народного собора:

«Украинский язык – это малороссийское наречие русского языка».

«Если вы изучите так называемую украинскую литературу, то вы увидите, что она вся украдена у русских. Просто переназваны малороссы или великороссы украинцами».[77] (2025)

Еще один метод пропаганды в подготовке к агрессии: дегуманизация врага. Стараясь породить у своей аудитории чувство отвращения, презрения или страха по отношению к объекту агрессии, пропагандисты высмеивали и очерняли украинский народ, обвиняли его в разнообразных грехах, сравнивали с болезнями, темными силами, вредными насекомыми, наделяли нечеловеческими или даже сверхъестественными свойствами. Здесь исторические аналогии напрашиваются с нацистами Третьего рейха, которые, чтобы расчеловечить евреев, называли их «паразитами» и «вредителями». Другая аналогия – геноцид в Руанде 1994 года, инициаторы которого метафорично призывали «убивать тараканов» или «рубить деревья», как они называли народ тутси.

Фото: Армія Inform

Александр Жучковский, пропагандист и бывший российский наемник:

«Задачей любой военной пропаганды является расчеловечивание образа противника (хотя украинцы уже давно сами себя расчеловечили). И это логично и правильно, поскольку мы воюем не с людьми, а с врагами (человека убить сложно, врага – легко и почетно). Не с людьми, а с зомби. Не с людьми, а с украинцами.»[78] (2016)

Дмитрий Медведев:

«Тут разные тараканы, расплодившиеся в киевском инсектарии, постоянно грозят «вернуть Крым». Ну цели понятны: подбодрить ручных насекомых вокруг и показать хозяину инсектария, что они ещё очень даже способны на тараканьи бега за куском пищи».[79] (2022)

Владимир Соловьев, пропагандист (про необходимость СВО):

«Когда врач у кошки изгоняет глисты, то для врача это специальная операция, для глистов это война, а для кошки это очищение.»[80] (2022)

3.2. Беларусская пропаганда: «Славянское братство трех народов»

Как было показано выше, одним из главных направлений подготовки к агрессии в российской пропаганде стало отрицание существования украинской государственности и идентичности. Кремль использует этот шовинистический и глубоко имперский подход, чтобы доказать, что Россия приходит в Украину не оккупировать, а «освобождать» «свои территории» и «своих людей», страдавших под гнетом «украинских националистов». Концепция «русского мира» или «триединого русского народа» представляется как союз, главную роль в котором играет русский народ – титульный, имперский объединитель и собиратель земель, осуществляющий контроль над другими народами бывшего СССР, в том числе, украинцами и беларусами.

В Беларуси развитие получила более скромная концепция обоснования необходимости вторжения в Украину. В этой концепции также существует некая «единая семья» (или братство, союз и т.п.) славянских народов – русских, беларусов и украинцев, но эти народы равны друг к другу. Согласно этому мифу, украинцы, ведомые националистическими идеями, покинули «братскую семью». Украина в этой системе нарративов представляется как «заблудившаяся часть», и теперь должна быть возвращена в историческое лоно славянского единства – добровольно или силой.

Так же, как и в предыдущих случаях, первоисточником и вдохновителем данных тезисов является Александр Лукашенко. Его убеждения сводятся к тому, что Западу и НАТО Украина не нужна, и никто ей не поможет, кроме «братьев-славян». Одно из таких заявлений он сделал в 2024 году в интервью российскому телеканалу «Россия», попутно оскорбив украинских беженцев и беженок, находящихся за границей:

“Все равно украинцы будут нашими людьми, никто их там [на Западе] не ждет, никому они не нужны. Женщины [украинские] будут у них подстилками [на Западе], как это сейчас происходит. Красавицы – украинские женщины – они просто проституцией там зарабатывают. А мужиков будут использовать, как захотят. Вот захотели бросить опять на фронт – их <…> выкидывают в Украину обратно. Вот для чего украинцы нужны [Западу]”.[81] (2024)

Он же, в 2025 году на саммите СНГ в Таджикистане:

«В очередной раз скажу, чтобы Президент Украины услышал мои предложения и понял, что счастья ему на территории Украины никто не принесет, кроме славянских государств. Поэтому надо сесть и договориться».[82] (2025)

Владимир Макей, глава МИД РБ (2012 – 2022):

«Сегодня Украина платит цену кровью за то, что ее политиканы купились на этот обман и забыли об историческом братстве трех восточнославянских народов – белорусов, русских и украинцев».[83] (2022)

Олег Гайдукевич, пропагандист:

«Украинцы должны знать одну правду. И я думаю, что умные украинцы ее знают. Единственные, кто желает им мира – это мы, белорусы и россияне. Потому что мы живем здесь, по соседству. Нам война не нужна».[84] (2024)

Игорь Тур, телеведущий ОНТ:

«Враги – не украинцы, а нацисты, и быть они могут любой национальности. Совершенно точно врагами нельзя называть огульно украинцев. Конечно, там хватает мерзавцев-нациков. Украинцы в целом остаются нашими братьями – Россия, Беларусь и Украина связаны навеки».[85] (2024)

Андрей Богодель:

«Может, (война) будет замораживаться, размораживаться, идти десятилетия, но все равно Украина будет принадлежать «русскому миру». Потому что она и относится к этому «русскому миру».[86] (2023)

Григорий Азаренок:

«Украинцы, вы доказали, что достойны государственности — подлинного, настоящего суверенитета. Не марионеточного, не сувенирного, а настоящего. А он возможен только рядом с Россией и Беларусью. Никто не возьмёт вас ни в какую Европу, никто не даст никаких денег».[87] (2025)

Образ «славянского братства» подкрепляет и еще один аргумент оправдания войны – в конфликте между украинцами и русскими виноват Запад. Именно он столкнул «братские народы» друг с другом. Иными словами, на Запад возлагается вина за то, что русские пришли в Украину и убивают украинцев. Миф о «братстве трех народов», ставшем жертвой коварного заговора, гармонично встраивается и в обоснование т.н. «превентивного удара», который Путин «нанес» по враждебному Западу и его «нацистским марионеткам» в Украине в 2022 году.

 Александр Лукашенко:

«Как не единожды в нашей истории, так называемые западные партнеры столкнули лбами три братских народа: белорусов, русских и украинцев. А мы что? Почему мы позволили нас столкнуть?».[88] (2022)

«Давайте сядем за стол переговоров и закончим эту драчку [войну]. Она ни украинскому народу, ни россиянам, ни белорусам не нужна. Она нужна им [западным странам]. Я не могу привести эти факты, они абсолютно закрытые, где они в открытую говорят – высокопоставленные люди [очевидно, Лукашенко имеет в виду западных политиков]. Дословно: “Пусть бьют друг друга – украинцы, русские – пускай в этом котле все подохнут”. Это высокопоставленные лица об этом говорят. Американского происхождения, чуть-чуть приоткрою вам. Это что, нормально? Они хотят, чтобы мы друг друга уничтожили».[89] (2024)

Юрий Уваров, пропагандист, газета «Мінская праўда»:

«Запад <…> подписал окончательный приговор Украине и украинцам, которые для него не более, чем биомасса».

«Запад уже делал заявление, что готов «воевать до последнего украинца». Но это был вводный месседж. А теперь Запад уже дал понять, что подписал окончательный приговор Украине и украинцам, которые для него не более, чем биомасса».[90] (2022)

Валерий Байнев, пропагандист, газета «Мінская праўда»:

«Беларусь, Россия, Китай сегодня объединяются в рамках Союзного государства, ЕАЭС, ШОС, БРИКС для коллективного противодействия распоясавшимся глобалистам. А России ради этого даже пришлось вступить в вооруженное столкновение с управляемыми глобалистами западными странами».[91] (2025)

Александр Шпаковский, пропагандист и дипломат:

«Наступил февраль 2022 года, и Россия вступила в войну с Западом на территории Украины.»[92] (2025)

Алексей Авдонин, пропагандист, газета «СБ. Беларусь сегодня»:

«Война на территории Украины против России — это война Запада против восставших колоний».[93] (2025)

Григорий Азаренок, пропагандист, телеканал СТВ:

«Это только на первый взгляд кажется, что действия Запада хаотичны, непродуманны и истеричны. Но как посмотрим на тенденции и результаты, перед нами холодный, четкий, выверенный расчет – продолжение украинской бойни.»[94] (2025)

«И вот пришли мы к этой трагедии. Пришли мы к братоубийственной бойне. Славяне убивают славян на радость инородной кодле».[95]

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Пропаганда режима Лукашенко участвовала и продолжает участвовать в разжигании ненависти и вражды к Украине наравне с российской пропагандой. Перед началом полномасштабного вторжения в феврале 2022 года беларусские провластные каналы объясняли и обосновывали для своей аудитории необходимость войны и захвата власти в Украине. В последствии воинственные высказывания против Украины и Запада стали мейнстримными, пропаганда перекладывала (и продолжает перекладывать) на них ответственность за начало и продолжение войны. Одновременно продвигались утверждения о «нейтральности» Беларуси и необходимости мирных переговоров при участии Минска и утверждения о необходимости получения новых российских вооружений (в т.ч., баллистических ракет и ТЯО).

Тем не менее, подходы в освещении войны против Украины в беларусской и российской пропаганде различаются.

В России «миролюбивая» или дружелюбная риторика невозможна в принципе – ни в официальных СМИ, ни в частных Telegram-каналах. Пропаганда объявила Украине войну на уничтожение. Призывы к миру и переговорам воспринимаются как признак слабости или даже предательства, доминирует риторика эскалации.

Беларусская генеральная линия по отношению к войне в Украине – копирование и распространение кремлевских нарративов публично и в СМИ, при этом – сохранение политики «не захлопнутой двери». В сторону Украины и Запада регулярно посылаются сигналы о готовности договариваться, стать площадкой для переговоров, участвовать в восстановлении послевоенной Украины и т.д., однако в целом эти сигналы слабы и противоречивы. В основном они исходят лично от диктатора Александра Лукашенко. Несмотря на то, что его призывы к миру, как правило, сводятся к критике украинского руководства, он регулярно в своих речах дает понять, что эта война «не его», а также Беларусь – нейтральная страна и никогда не вступит в войну.

Фото: АР

Режим Лукашенко призывает к завершению войны и переговорам, правда, на условиях Москвы, намекая, что если Владимир Зеленский не «побежит договариваться с Путиным», то Украина рискует исчезнуть как государство. Под влиянием новостей о неудачах российской армии на поле боя риторика белорусских официалов эволюционировала от открытой поддержки агрессии в начале вторжения к более гибкой стратегии: публично – нейтрально‑миротворческие призывы и готовность предоставить площадку для переговоров, при этом – поддержка военной интеграции и сотрудничества с Россией и усиление давления на Украину.

Та же разница наблюдается в отношении к украинскому народу и Украине как государству. Если цель российской пропаганды – умалить саму идею украинской государственности, дегуманизировать и демонизировать украинцев в глазах российской аудитории, то в потоке антиукраинской пропаганды Беларуси то и дело встречаются примирительные и даже дружественные по отношению к украинцам высказывания.

Постоянной мишенью критики Лукашенко и беларусской пропаганды остается украинское военно-политическое руководство, прежде всего, президент Украины Владимир Зеленский. Пропаганда не жалеет в его адрес нелестных эпитетов, оскорблений и проклятий. Эта риторика стала меняться к середине 2026 года, когда на фронтах стал заметен хоть и медленный, но явный перелом в пользу Украины, а именно – усиление украинских позиций и ослабление России. Теперь уже сам Зеленский начинает диктовать условия и ставить ультиматумы (например, о демонтаже российских ретрансляторов на территории Беларуси).

Скачать .PDF (675,37 Kb)

The article is available in English Red lines in Belarusian propaganda

25.06.2026