Атаки на НПЗ
В октябре украинские атаки на энергетическую инфраструктуру не прекратились, но изменили характер.
За месяц зафиксировано 12 подтверждённых атак на НПЗ и 4 атаки на газоперерабатывающий завод. Всего с августа подтверждено 40 атак (14 в августе, 10 в сентябре, 16 в октябре). Из них 16 были повторными, т.е. на объекты, уже подвергавшиеся ударам после 1 августа. Шесть повторных атак произошли в течение 10 дней после предыдущей, а оставшиеся 10 — в среднем через 35 дней (диапазон 21–51 день). Вероятно, если цель не достигнута, организуется повторный удар в ближайшие дни; при успешной атаке объект не атакуется около месяца, что может соответствовать среднему сроку ремонта после удара.
Некоторые заводы (Новошахтинский, Куйбышевский, Краснодарский, Ильский) подверглись единственной атаке в августе и далее не атаковались. В октябре добавились 10 новых заводов (нефте- и газоперерабатывающих), ранее не подвергавшихся ударам. Включение новых заводов указывает на расширение географии ударов (например, атака на Орский НПЗ, расстояние около 1500 км). Прекращение атак на ранее поражённые заводы может быть связано с отсутствием ожидаемого эффекта, усилением систем ПВО, неудачными или незарегистрированными атаками, либо с приоритетностью других целей при ограниченных возможностях для ударов.
Также были попытки атаковать ПГХ. По нашим оценкам, удары по подземным хранилищам также не дадут эффекта: повредить непосредственно само подземное хранилище практически невозможно, а повреждения арматуры на поверхности восстанавливаются достаточно быстро. Более того, в европейской части России сейчас имеются значительные резервы мощности газотранспортной сети и добычи, образовавшиеся после потери европейского газового рынка. Повредить газотранспортную систему вместе с ПГХ так, чтобы в этих условиях создать дефицит газа, будет очень сложно. Вероятно, поэтому атака на ПГХ была всего одна.
Атаки на НПЗ в России в октябре
Атаки на нефтепроводы
Также в начале октября были попытки атак на насосные станции. Это уже не станции нефтепровода «Дружба», а станции нефтепроводов, поставляющих нефть на экспорт в порт Новороссийск в Черном море. Были атакованы станции Суходольная (1 октября), Екатериновка (9 октября) и Ефимовка (10 октября)[1]. Ранее, в сентябре, были атакованы ещё две станции. Вероятной целью этих атак было сокращение экспорта нефти. При снижении переработки нефти на НПЗ объём экспорта сырой нефти вырос. С одной стороны, это позволяло России частично компенсировать убытки от сокращения экспорта нефтепродуктов. С другой стороны, высокая загрузка транспортных мощностей делает последствия попаданий более ощутимыми.
После 10 октября атаки на нефтеперекачивающие станции прекратились. Сообщений об остановке отгрузок через порты Черного моря не поступало, объём экспорта нефти не сократился. Вероятно, удары по насосным станциям не дали ожидаемого эффекта. Это подтверждается и атаками на станции нефтепровода «Дружба» — их работа восстанавливалась относительно быстро.
Вместо этого начались атаки на подстанции, что, вероятно, связано с ответными ударами российской армии по энергетическим объектам Украины. 10 октября был нанесён один из крупнейших концентрированных ударов против энергетической инфраструктуры со стороны России[2].
Атаки на крупные подстанции
Начиная с 14 октября, были атакованы пять системообразующих подстанций (500 и 750 кВ), а также по одной подстанции напряжением 220 кВ и 110 кВ. Системообразующие подстанции расположены на маршрутах передачи электрической энергии от энергосистемы Средней Волги в энергосистему Центра.
ОЭС Средней Волги граничит с энергообъединениями Центра, Юга и Урала. На долю ГЭС Волжско-Камского каскада приходится 26% установленной мощности системы (что составляет 14% суммарной установленной мощности гидроэлектростанций ЕЭС России). Эта особенность позволяет оперативно изменять генерацию в диапазоне до 5000 МВт[3]. Система Средней Волги поддерживает баланс в энергосистеме Центра (включая Москву) и осуществляет транзит электрической энергии с Урала. Вывод из строя основных линий может ограничить поставки электрической энергии в энергосистему Центра, однако маловероятно, что это приведет к серьёзным проблемам. Коэффициент использования мощности в системе в 2019 году составлял чуть более 50%, что говорит о достаточных резервах. Хотя часть этих резервов размещается на ТЭЦ, работающих по тепловому графику, при дефиците электроэнергии они могут перейти в конденсационный режим работы. Это снизит экономичность, но технически осуществимо.
Даже при значительном ущербе линиям между системой Центра и другими энергосистемами электроэнергия может поставляться из Беларуси по линии 750 кВ ПС «Белорусская» – Смоленская АЭС. Вывести из строя эту линию сложно, так как атака на подстанцию Смоленской АЭС расценивается как нападение на ядерный объект. Повреждения опор линии обычно быстро восстанавливаются, а объекты на территории Беларуси Украина пока не атаковала.
Атаки на ТЭЦ
В плане атак на энергосистему более чувствительными оказались удары по ТЭЦ в областных городах (Белгород, Орёл). Это приводило к массовым, хотя локальным и кратковременным, отключениям. Продолжение такой тактики с концентрацией на отдельных небольших районах может создать серьёзные проблемы в энергоснабжении этих территорий.
Выводы:
За предыдущий месяц Украина расширила географию и интенсивность атак на НПЗ. Вероятно, это позволяет поддерживать производство бензина ниже уровня потребления, что создает постоянное давление на рынок бензина в России с возникающими локальными дефицитами.
В октябре Украина прекратила атаки на нефтеперекачивающие станции, вероятно ввиду низкого эффекта. Вместо этого начались атаки на системные подстанции, а также на электростанции приграничных областей, удары по которым дают локальный, но более значительный экономический и социальный ущерб. Более того, оборонить объекты, расположенные недалеко от границы значительно сложнее, а удары по ним требуют меньше ресурсов.
