Какова реальная повестка России в отношении Беларуси?

Какова реальная повестка России в отношении Беларуси?

И почему лидеры западных стран не могут сидеть сложа руки

Vasily Fedosenko / Reuters
09.09.2020 Влад Кобец, Майкл Карпентер

Народные протесты против авторитарного режима Александра Лукашенко в Беларуси вызвали обеспокоенность лидеров западных стран в связи с возможной реакцией России. Силовое вмешательство – вполне вероятный сценарий, по которому может пойти президент России Владимир Путин, уже заявивший на государственном телевидении, что Лукашенко попросил его сформировать резерв из силовиков на случай, если «ситуация выйдет из-под контроля». Однако с большой долей уверенности можно заявлять, что такой ход развития событий в Беларуси не является для Путина предпочтительным. Вторжение Кремля на территорию Грузии и Украины и их оккупация была мотивирована целью предотвратить геополитическое продвижение этих стран на запад. Однако эти действия кремлевских неоимпериалистов привели к зарождению серьезного сопротивления российской оккупации и к тому, что население Грузии и Украины, особенно молодежь, стали активнее поддерживать идею евроатлантической интеграции. Теперь же Кремль осознает, что даже самая масштабная кампания дезинформации не может остановить распространение этих настроений в обществе.

Поэтому на Беларусь у Путина созрел другой план. Вместо того чтобы отправить «зеленых человечков» для оккупации территории Беларуси, Москва намеревается осуществить то, что мы называем «мягкой аннексией». Теперь стратегия заключается в том, чтобы «сварить лягушку» постепенно: сначала запустить процесс экономической интеграции и ввести общую валюту, затем добиться политической интеграции посредством проведения общей внешней и оборонной политики и, наконец, создать полноценное Союзное государство, что означало бы фактическое поглощение Беларуси Россией.

Последние несколько лет Путин пытается заставить Лукашенко принять этот план, делая упор на его экономическую составляющую. Россия давно предоставляет Беларуси значительные субсидии на экспорт нефти; Путин же лишил страну этих льгот в надежде, что это заставит Беларусь подчиниться по экономическим соображениям. Он использовал тактику причинения Беларуси мелких, но досадных неудобств, таких как введение ограничений на экспорт белорусской сельскохозяйственной продукции в Россию. Теперь же под предлогом урегулирования нынешнего политического кризиса Москва отправляет в Беларусь целые самолеты с «политтехнологами», а также сотрудниками разведки, специалистами по информационным технологиям и СМИ, пропагандистами и советниками по безопасности. Вместо зеленых человечков в страну прибывают серые человечки, которые специализируются на политическим войнах. Их непосредственная задача — подготовить условия для «мягкой аннексии».

Москва стремится осуществить так называемую «мягкую аннексию».

Для достижения этой цели Кремлю нужен Лукашенко — по крайней мере, на нынешнем этапе. Советники из российской Федеральной службы безопасности рекомендуют белорусскому лидеру демобилизовать протестное движение посредством массовых репрессий в сочетании с конкретными угрозами в адрес лидеров протеста — например, угрозами того, что их детей отнимут и отправят в детский дом. Опираясь на проверенную на практике методичку Москвы по разжиганию гражданского конфликта в других странах, российские политтехнологи пытаются внести раскол в протестное движение: между белорусами на востоке и западе страны, рабочими и интеллигенцией, католиками и православными. Десант прибывших из Москвы российских телеведущих пытается убедить белорусов в том, что их национальное возрождение — не что иное, как иностранный заговор, а его лидеры — иностранные агенты.

Пока белорусы слабо в это верят. Простые граждане отвернулись от Лукашенко, который назвал протестующих «крысами» и вместе со своим сыном-подростком в полном военном обмундировании появился на публике, неуклюже размахивая автоматом: такое поведение не очень вписывается в образ «человека из народа». Его легитимность подорвана: результаты опроса, тайно проведенного одной из негосударственных организаций в Беларуси, говорят о том, что его рейтинг не превышает десяти процентов — и Кремль, похоже, это осознает. Поэтому, пока Лукашенко занят запугиванием лидеров оппозиции, серые человечки Кремля незаметно берут под свой контроль белорусские силовые структуры, такие как КГБ, Министерство внутренних дел и вооруженные силы.

В конце августа появились сообщения о том, что Лукашенко встретился в своей резиденции с неким высокопоставленным кремлевским чиновником. Вскоре после этого Путин сообщил СМИ, что Лукашенко «готов рассмотреть возможность проведения конституционной реформы, принятия новой Конституции, проведения новых выборов и парламента, и президентских выборов на основе этой новой Конституции». Как по команде, Лукашенко заявил белорусскому государственному информационному агентству, что готов обсуждать новые поправки в Конституцию со студенческими и трудовыми коллективами и профсоюзами. Однако он подчеркнул, что никогда не вступит в диалог с лидерами протестного движения, заявив, что они «бесчинствующие молодчики, которые ходят по улицам и кричат, что они хотят диалога. Никакого диалога они не хотят».

Простые граждане отвернулись от Лукашенко, который назвал протестующих «крысами».

Согласованная позиция Москвы и Минска ясна: страну ждут конституционные изменения и новые выборы, но пройдут они на условиях Москвы. Предлагаемые конституционные изменения откроют путь для более глубокой экономической интеграции с Россией, но они, вероятно, будут считываться как ослабление диктатуры Лукашенко. Например, расширение роли парламента якобы предоставит власть людям, но на практике означает усиление влияния кремлевских марионеточных партий. Такие партии будут чрезвычайно важны для Москвы в случае, если будущий белорусский лидер будет более настойчиво стремиться к независимости, чем Лукашенко. Аналогичным образом, может показаться, что обещание организовать новые выборы — это уступка протестующим, однако для Москвы это возможность выиграть время для того, чтобы протолкнуть на выборы дружественных Кремлю кандидатов.

Однако, прежде чем Лукашенко и Путин смогут осуществить свой план, им необходимо урегулировать нынешний кризис. В ближайшие несколько недель Лукашенко, вероятно, усилит репрессии против лидеров протестного движения при поддержке специалистов из ФСБ. В то же время можно ожидать, что его режим будет открыт для «диалога» с авторитетными белорусскими деятелями: не с лидерами протестного движения, а с известными политиками, на которых можно опереться для налаживания прочных отношений с Кремлем.

Вероятно, Лукашенко усилит репрессии против лидеров протестного движения.

Нельзя допустить, чтобы лидеры Европейского Союза, США и других западных демократий попались в ловушку и пошли по пути легитимизации поэтапного диалога по такому сценарию. Им также не следует проводить переговоры с Кремлем по вопросу о Беларуси без участия лидеров протеста. Вместо этого они должны следовать правилу «Не обсуждать Беларусь в отсутствие [подлинных представителей] Беларуси за столом переговоров».
Вместо этого западные демократии должны всячески содействовать пробуждению гражданского общества в Беларуси. Новое протестное движение вывело общественное сознание на новый уровень, что придало импульс мобилизации и консолидации белорусов. Как было в случае движения «Польская солидарность», зародившегося 40 лет назад на верфях Гданьска, новое сознание объединяет рабочих и интеллигенцию, городских и сельских жителей, а в сегодняшней Беларуси — даже хорошо разбирающуюся в информационных технологиях молодежь и поколение бабушек. Примечательно, что в протестном движении участвуют также и некоторые представители правящей номенклатуры.

Новое протестное движение вывело общественное сознание на новый уровень, что придало импульс мобилизации и консолидации белорусов.

Западные лидеры должны содействовать этому движению, оказывая полную поддержку его лидерам и полностью принимая их требования: проведение новых выборов после мирного демократического перехода власти, немедленное прекращение террора и репрессий, снятие ограничений, действующих в отношении СМИ, и освобождение политических заключенных. Граждане Беларуси должны понимать, что именно они формируют свое будущее и что Запад поддержит их суверенное право участвовать в определении судьбы своей страны. Западные страны не могут и не должны вмешиваться в дела Беларуси. Но в их распоряжении имеются другие инструменты, которые помогут определить исход текущего кризиса. Страны Запада могут наложить санкции на тех, кто осуществляет репрессии по указке Лукашенко: запретить им въезд, заморозить их активы. Они могут разработать план восстановления экономики страны, с тем чтобы оперативно представить его в случае успешного демократического трансфера власти.

Слишком много западных политиков бездействуют в ожидании того, что Россия вторгнется в Беларусь или задействует репрессивные механизмы, чтобы удержать Лукашенко у власти. Безусловно, Кремль не намерен отказываться от использования доступных ему скрытых рычагов для достижения своей цели мягкой аннексии. Но он столкнется с ожесточенным сопротивлением со стороны белорусского общества. В этой ситуации западные демократии не могут оставаться пассивными или, что еще хуже, выступать в поддержку осуществления трансфера власти под контролем России. Для белорусов такая политика молчаливого согласия — это жестокое предательство, которое приведет к крушению их надежд и замене нынешнего диктаторского режима на столь же жестокую диктатуру Кремля. Западные лидеры должны оказать всестороннюю поддержку белорусскому демократическому движению и лидеру этого движения Светлане Тихановской, а также создать стимулы для тех, кто наблюдает за разворачивающимися событиями на местах. Не такая уж это и трудная задача.

The article is available in English What Russia Really Has in Mind for Belarus